Корпоративная этика в конкурентной разведке.

Авторы: Евгений Ющук и Константин Ильин

Введение.
Настоящая статья написана в достаточно необычном формате. Первая и вторая часть предлагаемого материала написана каждым автором совершенно самостоятельно: первая часть - Евгением Ющуком, а вторая – Константином Ильиным. В каждую часть статьи авторами внесены изменения, дополнения и уточнения, сформировавшиеся в ходе обсуждения первой редакции материала специалистами.
Авторы ставили перед собой задачу более обстоятельно высказаться о тех достаточно фундаментальных вопросах, которые нередко приходят в голову специалистам в повседневной рутине, и от правильного решения которых, без преувеличения, может зависеть судьба всего профессионального сообщества специалистов конкурентной разведки.

Часть 1. Этика в конкурентной разведке: прагматический подход. Автор: Евгений Ющук.
Эта статья не содержит в себе информации об этике в терминах, вроде «хорошо – плохо», «культурно - некультурно», или «морально - аморально». Мой подход к вопросу этики в конкурентной разведке далек от эмоций, либо нравственных категорий, а напротив, совершенно прагматичен.
Я попытался проанализировать события в реальной жизни и выработать критерии, которые были бы приемлемы для подавляющего большинства честно работающих специалистов. Я видел свою задачу не в том, чтобы описать некий недостижимый идеал, как нередко воспринимают разговоры об этике. Перед собой я ставил задачу предложить специалистам отечественной конкурентной разведки подобие лоции, которая могла бы помочь им правильно сориентироваться в условиях реальной работы – то есть, в ситуации неопределенности и цейтнота.

По мере стабилизации отечественного бизнеса и его последовательного выхода из тени, специалисты-практики конкурентной разведки все чаще стали задаваться вопросом о том, чем же конкурентная разведка регулируется. При этом практически все сходятся в том, что главный регулятор – это Закон, и, прежде всего – Уголовный Кодекс. Можно сказать, что почти не встречаются специалисты конкурентной разведки, которые бы не согласились с тем, что именно нарушение уголовного законодательства превращает конкурентную разведку в промышленный шпионаж. Даже те, кого не останавливает перспектива стать уголовником в результате своих действий, обычно согласны с утверждением о роли Уголовного Кодекса как границы между конкурентной разведкой и промышленным шпионажем.

Надо отметить, что наблюдается парадоксальная ситуация: термин «промышленный шпионаж» в российском уголовном законодательстве пока что отсутствует, но в деловой практике сложилось в принципе единообразное понимание этого термина специалистами. На мой взгляд, это одно из доказательств реального существования этики в конкурентной разведке. А тот факт, что специалисты-практики время от времени по собственной инициативе обсуждают вопросы этики, свидетельствует о том, что вопрос этики действительно требует осознания профессиональным сообществом.

Однако человеческое общество регулируется Законом лишь по самым значимым для него вопросам. В силу этого, Закон всегда значительно усреднен и либо имеет немало пробелов, либо напротив – делает те или иные виды деятельности неосуществимыми, поскольку перекрывает все возможности их осуществления – в том числе, безвредные для общества.
Эти варианты состояния Закона могут сменять друг друга.

Примером может служить, история оборота в России некоторых обезболивающих лекарственных средств, которые еще недавно продавались свободно. Эти препараты многие годы и даже десятилетия находились в свободной продаже и помогали сотням тысяч людей преодолевать боли, связанные с различными заболеваниями. Но затем, из-за того, что наркоманы употребляли эти лекарственные средства не по их прямому назначению (совершенно не выходя за рамки уголовного законодательства), государство практически запретило оборот этих препаратов и ввело уголовную ответственность за незаконное применение. А законное их применение государство при этом обременило таким количеством формальностей, что даже врачи стараются не выписывать рецептов, во избежание лишних проблем. В результате законных, но осуждаемых обществом действий наркоманов, нормальные, социально адаптированные пациенты, страдающие сильными болями, остались без эффективных препаратов и зачастую вынуждены довольствоваться плохо помогающими лекарствами других фармацевтических групп.
До того, как государство приняло решение внести указанные лекарственные препараты в специальные списки, и тем самым практически прекратить их оборот, правоохранительные органы провели немало рейдов по аптекам, законно продававшим эти лекарства. Под проверки попали все аптеки без исключения. Во время этих проверок государство, вероятно, пыталось оценить истинные масштабы проблемы, чтобы принять взвешенное решение. Однако каждый предприниматель, который сталкивался с милицейской проверкой на предприятии, знает, что это, как минимум, значительно отвлекает от работы. В результате безответственных, но формально законных действий части общества реально пострадали многие остальные его члены.
Важно отметить, что решение о переводе упомянутых препаратов в специальный список принимал уполномоченный государственный орган – на основании многочисленных запросов следственных органов, органов дознания, а также жалоб граждан, дети которых стали наркоманами и употребляли эти лекарственные средства для получения эффекта опьянения.
Примеров того, как громкие скандалы и общественный резонанс привели к появлению законодательного регулирования (и при этом ухудшения положения) операторов того или иного рынка, немало в современной России. К ним относятся такие нашумевшие события, как введение дополнительной ответственности за задержку рейса авиакомпаниями, изменение регулирования туристического рынка, появление правил, ставящих папарацци вне закона и многие другие. Все эти случаи объединены одним: сначала были инциденты, связанные с отдельными безответственными и недальновидными участниками рынка, вызвавшие возмущение в обществе, а затем появлялись формальные правила, затрудняющие работу абсолютно всех участников рынка.

Поскольку конкурентная разведка затрагивает деликатные вопросы работы предприятий, следует признать, что в любой стране, в том числе в России, в ее деятельности объективно существует «серая зона», которая формально не выходит за рамки закона, но осуждается обществом. Порой это осуждение способно принимать формы громкого скандала и может служить пищей для газет, телевидения или депутатов, которые ищут тему для своей предвыборной кампании.
Если представлять себе, как устроена изнутри эта «серая зона», то, возможно, удастся понять и принципы работы в ней. Тогда специалист конкурентной разведки сможет сознательно выбирать стереотип своего поведения в каждой конкретной ситуации, с учетом всех рисков – как краткосрочных, так и долгосрочных. На мой взгляд, настоящие специалисты конкурентной разведки все без исключения обучены комплексной оценке рисков, поэтому они в состоянии правильно оценивать и угрозы, с которыми сталкивается профессиональное сообщество.

Отечественные практикующие специалисты часто озвучивают такие подходы к этике в конкурентной разведке:
- это некий кодекс чести;
- это просто красивые слова, не имеющие никакого смысла;
- это очень важный ограничитель, при отказе от которого может быть потеряна репутация;
- это полезный, хотя и не столь важный ограничитель, который может быть нарушен при необходимости;
- это личное дело каждого.


На мой взгляд, в так называемых "этических" вопросах на самом деле есть совершенно прагматический подтекст. И определяется он двумя аспектами – я бы назвал их «репутационным риском» и «инстинктом самосохранения».

Во-первых, речь идет о том, будет ли конкретный специалист конкурентной разведки в будущем (то есть тогда, когда опыта у него с каждым днем прибавляется, а сил становится меньше) работать с людьми порядочными или станет обслуживать бандитов. В этом контексте так называемая "этика" в конкурентной разведке - это своего рода наклонная плоскость, по которой вверх карабкаться труднее, скучнее и дольше, нежели с ветерком скользить вниз, но вот только внизу находится выгребная яма, а наверху - сухо, сытно и сравнительно стабильно.

Это - «репутационный риск». Кто-то из заказчиков не хочет лишний раз связываться с человеком, имеющим репутацию преступника, чтобы не быть отождествленным с ним. Кто-то избегает работы с «запачканным» просто из брезгливости. Кто-то считает, что беспринципный человек начнет впоследствии шантажировать бывшего заказчика или продаст его конкурентам. А кто-то опасается мести со стороны конкурентов, если перейдет некие условные границы дозволенного.
На мой взгляд, принимая решение о том, будет ли этичен ли тот или иной поступок, с точки зрения «репутационного риска», специалист конкурентной разведки может воспользоваться правилом, сформулированным одним из известных американских авторов: «Представьте, что завтра в центральной прессе появится статья о том, что вы сотворили, снабженная вашей фотографией с бэджем, на котором будет написано, как вас зовут. Если при этом вам будет стыдно, значит, скорее всего, вы собираетесь поступить неэтично».

Во-вторых, на мой взгляд, вопрос этики – гораздо более важный и даже более опасный, нежели "личный для каждого" вопрос морали. Он затрагивает совершенно материальные и даже жизненные интересы всех специалистов конкурентной разведки. Его я и назвал «инстинктом самосохранения».
Понимание того, что подобные аспекты проблемы существуют, может уберечь специалиста конкурентной разведки от необдуманных или сомнительных поступков. Ведь даже соблюдение мелких формальностей, которое совершенно не мешает работе, может при неблагоприятном развитии ситуации спасти от серьезных проблем. Например, если специалист позаботится о том, чтобы на период своей работы быть зачисленным в штат отдела маркетинга предприятия, он получит возможность совершенно честно представляться сотрудником этого отдела и тем самым избежит обвинений в том, что представлялся не тем, кто он на самом деле. В России важность таких нюансов пока что очевидна не для всех, а вот в тех странах, где за промышленный шпионаж можно по специальному закону получить до десяти лет тюрьмы, это знают очень хорошо. И от того, насколько осмотрительно будут сегодня работать в России специалисты конкурентной разведки, зависит, насколько жестким завтра будет закон, регламентирующий (или запрещающий?) их деятельность.

В результате систематического осуществления так называемых "неэтичных" поступков отдельными индивидуумами или компаниями, обычно нарастает напряженность в обществе, после чего государство вынуждено реагировать. У государства не так много сценариев реагирования на подобные нарушающие общественное спокойствие инциденты. Государство, образно говоря, берет кувалду и плющит всех без разбора. Ему так проще. А это значительно хуже, чем потеря чьей-то отдельной репутации, поскольку грозит потерей всего рынка для всех - и для тех, кто с репутацией, и для тех, кто без нее – по аналогии с приведенной выше ситуацией с обезболивающими лекарственными средствами. Более того, при таком силовом варианте реагирования со стороны государства сильнее пострадают как раз те участники рынка, кто вел себя «этично» – ведь в жизни «неэтичных» изменений произойдет значительно меньше.

Интуитивно это понимают все.
«Правильные» риелторы всеми доступными им средствами ущемляют "черных" - прежде всего, оказывая помощь государству в понимании методов их работы при расследовании их деятельности. Потому что недоверие, порожденное действиями отдельных махинаторов, распространяется на весь рынок риелторских услуг – ведь не существует простого критерия, позволяющего неподготовленному человеку сходу отличить добросовестного риелтора от недобросовестного.
Добросовестные аптеки делают то же самое в отношении тех, кто продает поддельные лекарства. Потому что телевизионные и газетные спекуляции на теме фальшивых лекарств, несмотря на то, что сильно преувеличивают проблему, столь популярны у людей, что мешают вести бизнес компаниям, никакого отношения к фальшивым лекарствам не имеющим.

Рано или поздно состоявшиеся и прочно стоящие на ногах фирмы, предоставляющие услуги конкурентной разведки, будут поступать так же. Потому что когда какой-то оголодавший специалист без оглядки на правила поведения в обществе и обычаи делового оборота, для того, чтобы заработать, начинает ставить под угрозу весь рынок (пусть даже оставаясь в рамках закона), то его надо безжалостно устранять с рынка (тоже в рамках закона, разумеется).
Редко бывает, чтобы «неэтичные» специалисты поступали только «неэтично», а закон никогда не нарушали, поэтому их устранение облегчается. Ведь, в отличие от правоохранительных органов, которые не специализируются в области конкурентной разведки, профильные специалисты хорошо знают, где и как собрать доказательства вины вышедшего за общепринятые рамки коллеги по цеху. И тогда «этичные» участники рынка начинают помогать государству привлекать к ответственности «неэтичных», пусть даже не непосредственно за «неэтичные» поступки (поскольку они законны), а за нарушение закона в другое время и в другом месте, которое в иной ситуации никто бы до сведения государства доводить не стал. «Этичным» участникам рынка нередко оказывают активную помощь компании, уже пострадавшие от неэтичных действий, либо те, кто опасается стать следующей жертвой. Так включается механизм саморегуляции рынка.
Кроме того, помощь государству по обезвреживанию «неэтичных» участников рынка - это еще и устранение конкурента, так что, кроме чувства самосохранения, "этичными" участниками любого рынка при борьбе против "неэтичных" движет и меркантильный интерес тоже.

В моей книге «Конкурентная разведка: маркетинг рисков и возможностей» я приводил пример из жизни, который показывает, что вопросы этики в принципе интернациональны и, в конечном счете, уходят в сферу взаимоотношений власти и бизнеса. Этот пример был рассказан мне моим источником. Он интересен еще и тем, что, описывает одновременно, как уровень отношений государства с национальным бизнесом, так и уровень межгосударственных отношений. И на обоих уровнях существуют вопросы, находящиеся вне регулирования Законом, и неурегулированные ничем, кроме внутренних представлений участников о том, как должно быть «правильно». Но при этом такие вопросы оказывают серьезное влияние на работу и бизнеса и государства:
«Начальник финансовой полиции одного из островов британской оффшорной зоны, характеризуя свои отношения с банками на острове, сказал в беседе с источником автора: «Мы не устраиваем без особой нужды проверки банков. Они сами информируют нас о подозрительных финансовых операциях клиентов, ибо знают, что если полиции станет известно о таких операциях по своим каналам, банк может лишиться лицензии. Мы заинтересованы в притоке капитала в наш оффшор. Но мы не можем допустить, чтобы нас воспринимали как криминальную черную дыру.
При понимании этого баланса интересов и юридически корректно сформулированном запросе, основанном на знании нашего законодательства, которое по многим параметрам не такое уж и либеральное, мы сможем обеспечить доступ к интересующей правоохранительную систему другого государства коммерческой информации. Это иллюзия, что в оффшорной зоне можно надежно спрятать деньги. Наши законы дают возможность доступа к деньгам криминального происхождения».

Участвовавший в разговоре генеральный прокурор острова добавил: «Создается впечатление, что многие поступающие к нам запросы изначально рассчитаны на то, чтобы деньги не найти, хотя внешне работа как бы ведется. Есть и другая сторона вопроса: получив от нас оперативную информацию, правоохранительный орган иностранного государства, тем не менее, не смог выиграть дело в суде, и для поддержки собственного престижа передает нашу информацию в прессу или она изначально используется в политических целях. С такими правоохранительными органами и странами, которые они представляют, мы прекращаем сотрудничество. Заинтересованное государство с опорой на профессиональную адекватность своей правоохранительной системы в состоянии получить из оффшора сведения о счетах криминального происхождения. Требуется одно: аргументы о криминальном происхождении денег должны быть сформулированы в соответствии с общепринятой в мире практикой такой классификации и правовой помощи».


Таким образом, на мой взгляд, этика специалистов того или иного сегмента рынка, в том числе конкурентной разведки, - это не внутреннее убеждение конкретного человека, а состояние общества и его (общества) представления о том, что допустимо, а что нет. То есть, этика существует, независимо от того, что думает по этому поводу тот или иной специалист. Этика может меняться в разные периоды времени, а специалисту остается отслеживать эти колебания и поступать так, чтобы находиться в рамках представления общества о допустимых пределах его деятельности.

Вот что сказал в процессе обсуждения этой статьи на «Форуме разведчиков» специалист, выступающий под сетевым ником MOS:
«Реакция общества на любую деятельность, которая не регламентируется Законом, начинается не с отображения ее в Законе, который иногда в этом случае может быть и «неписанным», а с того – как оно ОТНЕСЕТСЯ к деятельности. То есть, с ОЦЕНКИ деятельности.
Как можно оценить деятельность, которая не регламентируется Законом? Берем только две крайние оценки. Как социально-полезную, и СОЦИАЛЬНО-ОПАСНУЮ.
Социально-опасная деятельность превращается в ПРЕСТУПНУЮ деятельность (преступное деяние) только после внесения в Закон соответствующей, однозначно сформулированной статьи. Но если ее в Законе нет – это социально-опасная (антисоциальная) деятельность, действия, осуждаемые обществом, но НЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ.
Единственным «мерилом» общественной оценки деятельности является общественное мнение, формирующееся под влиянием чего угодно, но обязательно на основе общих морально-этических принципов. Которые, кстати, могут регулировать как духовные, так и вполне материальные отношения».


Как показывает не только российская, но и западная практика, "неэтичные" поступки совершаются практически всеми. В том числе и "этичными" компаниями, и даже очень заслуженными специалистами. Было бы лицемерием делать вид, что это не так. Однако есть два серьезных обстоятельства.
Во-первых, нарушители этических норм понимают, что поступают неэтично, а значит, делают это лишь тогда, когда, что называется, сор из избы вынесен не будет. А, во-вторых, если их ловят, они не делают вид, что ни в чем не виноваты, а платят неустойки (порой очень большие) тем, кто пострадал от их действий. В результате общество остается спокойным, государство не видит оснований вмешиваться в работу рынка со своими топорными, но очень эффективными инструментами регулирования (а точнее - подавления) и рынок продолжает работать.
Мое обращение к западной практике не случайно и вызвано тем, что российская конкурентная разведка развивается по тому же пути, по которому уже двадцать пять лет идет конкурентная разведка на Западе.

Немаловажным, на мой взгляд, является и качественный аспект «неэтичных» поступков. Не все неэтичные поступки одинаково опасны. Проводя аналогию, можно сказать, что есть огромная разница между эпизодическими переходами пустынной дороги на красный свет и регулярным созданием аварийных ситуаций на оживленной трассе. Этот момент также следует принимать во внимание, оценивая с этической точки зрения допустимость тех или иных действий специалиста конкурентной разведки.

В заключение хотелось бы отметить, что еще пару лет назад у никому в России вообще не приходило в голову обсуждать как существенное явление, этику в конкурентной разведке. Совсем недавно главным девизом специалистов конкурентной разведки был пресловутый «Разрешено все, что не запрещено законом». На мой взгляд, появление интереса к вопросам этики - это хороший прогностический признак. Он показывает, что у отечественной конкурентной разведки есть перспектива работать долго и пользоваться уважением, а не иметь репутацию бизнеса, практикующего полукриминальные или полностью криминальные методы.
Выработка и соблюдение положений этики конкурентной разведки позволит работать долго, пользоваться уважением и успешно вести бизнес.

 

Часть 2. Что делать? Автор: Константин Ильин.
Чтобы избежать дубины…
И сломать стереотипы в обществе.

Попасть под государственную раздачу может практически любой сектор рынка. «Заплющить и зачистить» могут даже полностью государственную отрасль, не говоря уже каких-то коммерсантах.

Что же является мерилом необратимого вмешательства госкатка?
Если не брать коррупционную составляющую и откровенный волюнтаризм, то, на мой взгляд, возможных причин такого крайне нежелательного события две.
Первое – действия участников рынка начинают угрожать общественной и (или) государственной (внутренней или (и) внешней) безопасности.
Второе – действия участников рынка вызывают стойкое неприятие и растущее неодобрение со стороны общества.
Вопрос соблюдения участниками рынка действующего законодательства вторичен, пока не наступает одно из перечисленных (а то и оба) условий. Естественно, что мы говорим, как правило, о незначительных отступлениях от норм и правил действующего законодательства при осуществлении участниками рынка своей деятельности. Ведь иногда не нарушить закон просто невозможно, осуществляя законную (!) производственную или иную деятельность – все дело в толковании нормы права (!!!) чиновником.
Государству (по большому счету) такая ситуация выгодна, ибо позволяет иметь на участников рынка эффективные рычаги воздействия. Однако, такое двоякое толкование норм Закона является питательной средой и основой коррупционных проявлений. Однако, это уже совсем другая тема.

Таким образом получается, что в общем случае для существования и развития на рынке необходимо, как минимум, не создавать своими действиями угроз общественной и государственной безопасности и не «нервировать» общественное мнение. Иными словами, у государства и общества необходимо сформировать нужное для участников рынка восприятие их деятельности.
Для этого такая деятельность должна быть (естественно) прозрачна и понятна.

То есть, мы ведем речь о том, что государство и общество должно быть надлежащим образом информировано о следующем:

Перечень не полон, но хочу обратить внимание на последний пункт. Он, по-моему, ключевой в восприятии, как государства, так и общества

«Народ хочет знать», как обуздать зарвавшегося коммерсанта, а государство хочет знать, через кого конкретного оно может воздействовать на рынок в целом, и на каждого его члена в отдельности. Нужно ли им такое знание? Безусловно – да, ибо оно станет своеобразным предохранителем от ненужных волнений на тему опасности для государства и общества со стороны участников такого прозрачного и понятного рынка.
А мы все хорошо знаем из практики, на какие меры может пойти излишне «взволнованное» государство.
Государство не будет разбираться с каждым, тем более если этих «каждых» многие и многие.
Государству действительно проще прихлопнуть всех(!) существующих участников рынка, вызвавшего «излишнее напряжение в обществе» и начать строить его (рынок) заново.
Таким образом, каждому сектору рынка нужен свой внутренний Закон, своя внутренняя организация, необходимость и легитимность которых признают большинство участников данного сектора рынка.

Таковым Законом в большинстве случаев становится Кодекс корпоративной этики, чье основное предназначение - дать бизнесу, государству и обществу четкое понимание правил поведения, которых добровольно придерживается в своей работе большинство участников данного сектора рынка, и обозначить тот водораздел между «белой» (добросовестной, ответственной) и иной частью данного сектора рынка, по которому проходит граница соблюдения норм общественной и государственной безопасности.

Понятно, что, объединившись, отстаивать и защищать свои интересы проще и легче.
Так же понятно, что легальные объединения участников определенного сектора рынка вынуждены принимать на себя определенные ограничения, исходя из специфики своей работы, дабы государство разрешило им работать, а общество не мешало осуществлению нормальной производственной деятельности. При этом, естественно, указанная деятельность должна приносить прибыль.
Весь этот баланс интересов и должен включать в себя Кодекс корпоративной этики, независимо от того, какими формулировками это будет выражено.

Применительно к конкурентной разведке (КР), это означает, что процесс добровольного объединения участников рынка в легальные объединения и добровольное принятие на себя в рамках этих объединений норм и правил Кодекса корпоративной этики в КР – единственный путь к практически полной легализации этого сектора услуг, к получению формальной санкции от государства на свою деятельность и такого же формального одобрения обществом такой деятельности.

Рынок КР должен выйти из тени, в которой он сегодня в значительной степени находится, и стать полноправным участником финансово-хозяйственной деятельности.
Да, на этом рынке (на нашем с Вами рынке !) пока отсутствуют регуляторы, общепринятые нормы и правила поведения, нет внутреннего формального лицензирования и даже просто учета его участников, нет четкого выделения на рынке КР законопослушных участников, зато есть «шакалы», своей противоправной деятельностью вызывающие растущее раздражение в обществе и нарастающее недовольство государства, тем самым ставящие под угрозу сам факт возможности существования цивилизованного рынка КР.
«Шакалы» не пропадут и после «кувалды», но мы, добросовестные и ответственные участники рынка КР будем вынуждены начинать с нуля (причем, не факт, что это вообще получится у всех) - поэтому вопрос размежевания сторонников «белого» рынка КР с «шакалами» становится вопросом выживания рынка конкурентной разведки в принципе.
К тому же на момент написания статьи в России сложилась уникальная ситуация – участники рынка могут сами определить примерные регуляторы рынка КР, сформировать необходимые нормы и правила и предложить их (пусть и неформально) государству. Если эти нормы и правила будут достаточно прозрачны и понятны, если они будут давать в руки государства реальные рычаги контроля над рынком и не претендовать явным образом на подмену собой государственных функций, то государство их примет. Понятно, что во главу угла при формировании правил и норм участники рынка должны ставить свои коммерческие интересы, а потом действовать по принципу скульптора – отсекать от глыбы своих деловых интересов все категорически неприемлемое для бизнеса, государства и общества.
В результате у нас должна получиться вполне реалистичная композиция, которую останется только отшлифовать.

Если же сообщество профессионалов конкурентной разведки будет по-прежнему разрознено и раздираемо внутренними противоречиями и разными подходами к формам и методам работы, то в эту весьма деликатную сферу услуг неизбежно придет государство и установит свои правила игры. И не факт, что они действующим участникам рынка КР подойдут.

Как уже говорилось, участники рынка конкурентной разведки сами должны предложить государству тот водораздел, за которым заканчивается КР и начинается фактически противозаконная, и уж точно не одобряемая им (государством) деятельность, иначе государство в своем стремлении все запретить, само установит официальную границу где-то на уровне получения лицензии в МВД на разовое изучение хозяйственной деятельности интересующей фирмы с обязательным предоставлением отчета о выполненной работе.
Формирование этих норм и правил, которые лягут в основу Кодекса корпоративной этики в КР – всеобщая задача, мы лишь хотим пробудить интерес к этой теме и внести свой посильный вклад в этот процесс: дать основное на сегодняшний день определение (на наш взгляд), - что же такое корпоративная этика в КР.

Далее я хочу изложить и обосновать свою точку зрения на тот баланс наших потребностей, требований государства и ожиданий общества, установление и соблюдение которого позволит (на мой взгляд) предохранить отечественный рынок КР от «государственной зачистки» и сможет вывести его на принципиально новый уровень развития – превратив в цивилизованный белый (без всяких кавычек) рынок услуг конкурентной разведки.
Для этого я последовательно проведу Вас по пути своих рассуждений и в конце выведу на то определение корпоративной этики, которое, на мой взгляд, даст в руки коллег инструмент для выработки норм и правил поведения на рынке КР, которые и станут (очень на это надеюсь) основой нашего Кодекса корпоративной этики.

Для начала нелишне будет напомнить, что основная цель деятельности конкурентной разведки (даже если она работает в интересах службы безопасности предприятия) – получение дохода. Иначе с «добровольно налагаемыми ограничениями деятельности» можно зайти слишком далеко.
Итак, в первую очередь мы с Вами, коллеги, как сказал мой уважаемый соавтор в ходе нашего обсуждения основных формулировок этой статьи - дело делаем и результат обеспечиваем.
Поскольку речь мы ведем о корпоративной этике, очевидно, что средства, которыми мы хотим этих целей, должны быть этичными, или если хотите – не выходить за рамки наших понятий об этике деловых взаимоотношений.
Вот мы и подошли к первому рубежу формулирования. Мы затронули сразу два понятия:

О средствах достижения цели.
А что это за средства? А как мы это делаем? При помощи чего?
Правильно - применяем различные формы и методы работы, в том числе, кстати, и нормы поведения.
Выбранный формат статьи не позволяет подробно остановиться на конкретных формах и методах работы специалистов КР, да это и не является сейчас моей задачей. К тому же, увлекшись излишней детализацией в описании конкретных методов работы, можно нарушить режим коммерческой тайны.
Моя задача в другом – не в том, чтобы дать исчерпывающий список способов решения вопросов в КР, а чтобы постараться определить границы применения тех форм и методов работы, которые используют специалисты КР для достижения приемлемых для себя результатов (ведь цели и задачи, которые встают перед нами, различны, а в ряде случаев отсутствие результата - тоже приемлемый результат).
То есть мы не составляем список допустимых форм и методов в КР, а говорим о границах этичности уже применяемых в своей работе специалистами КР таких форм и методов

О пределах личной этичности.
Для кого-то это «все, что не запрещено – разрешено», для кого-то вообще нет никаких ограничителей, ни моральных, ни юридических, кто-то старается по возможности, оставаться в рамках закона и собственной морали.
Но если все это может быть справедливо для личной этики, то когда речь заходит об этике корпоративной, ситуация значительно изменяется.
Какая тут разница? И может ли быть корпоративная этика лишь простым соединением этик личностных?
Вот что нам говорит Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: «Этика (греческое) - учение об основных принципах нравственности и о нормах человеческой деятельности с точки зрения понятий о добре и зле».
Вот оно, ключевое определение - с точки зрения понятий о добре и зле.
У каждого индивидуума свое понятие добра и зла, соответственно и свое понятие об основных принципах нравственности и о нормах человеческой деятельности, которые могут кардинально отличаться от аналогичных понятий других людей. И главное, каждый сам определяет для себя эти понятия, и сам определят причины, по которым он делает именно такой выбор.
Поэтому вряд ли простое объединение личностных позиций определенного числа специалистов КР может претендовать на высокое звание «Кодекс корпоративной этики в КР».
Ключевым отличием корпоративной этики от этики личностной, на мой взгляд, является принцип принятия этих норм и правил конкретным специалистом КР.

В личностной этике, как уже упоминалось выше, индивидуум самостоятельно определяет те нормы и принципы поведения, которые он принимает для себя и которым он собирается следовать. При этом только его собственные моральные принципы и устои являются гарантом соблюдения этих правил. К тому же, в силу разных причин, индивидуум может изменить ранее установленные для себя нормы поведения и от этого он не перестанет быть индивидуумом и специалистом КР.

Корпоративная этика предполагает такие поведенческие нормы, как открытость, честность, верность обязательствам и собственному слову, уважение законов, умение цивилизованно вести бизнес.
Присоединение к нормам и правилам корпоративной этики практически всегда происходит добровольно, на основании осознанного решения индивидуума (группы индивидуумов, юридического лица, группы юридических лиц). Добровольно принимая на себя зафиксированные в Кодексе корпоративной этики обязательства, индивидуум (группа индивидуумов, юридическое лицо, группа юридических лиц) подчеркивает свою добрую волю и осознанность своего решения по присоединению к «белому» объединению специалистов КР, которые в своей деятельности добровольно придерживаются указанных норм делового поведения.
Конкретный индивидуум не может, в общем случае, самовольно изменить границы этих норм. Любой выход за них (опять-таки, в общем случае) карается определенными санкциями, вплоть до исключения из данного конкретного сообщества, что наносит существенный ущерб имиджу данного индивидуума (группы индивидуумов, юридического лица, группы юридических лиц), отрицательно сказываясь и на его деловой деятельности, ибо оставшись вне сообщества и вне формальной юрисдикции «Кодекса корпоративной этики в КР», данный индивидуум лишается статуса легального специалиста рынка КР со всеми вытекающими последствиями.

Таким образом, главное предназначение «Кодекса корпоративной этики в КР» (на мой взгляд) в том, что это тот водораздел между абсолютно незаконным и явным образом не нарушающим закон, на который государство смотрит нейтрально-снисходительно.

Коллеги, пусть Вас не пугает фраза «явным образом не нарушающим закон». К ее ограничителям, делающим эту фразу «белой и пушистой» мы вернемся чуть позже.

Уважаемые коллеги.
Нам с Вами, как действующим участникам рынка КР понятно, что в своей работе мы используем, как открытые методы работы, так и адаптированные к бизнесу методы, применяемые в оперативно-розыскной деятельности.
Кроме того, мы, безусловно, в отдельных случаях используем методы, формально выходящие за рамки действующего законодательства, но при этом в каждом конкретном случае не представляющие общественной опасности (вроде перехода пустынной дороги на красный свет).
Очевидно, что индивидуум, нарушивший Закон, но не создавший при этом угрозы общественной безопасности и не вызвавший при этом негативного общественного резонанса, может быть освобожден от ответственности за данное конкретное нарушение (что предусмотрено и действующим законодательством).
Так же очевидно, что если таковой поступок вызвал нежелательные и (или) негативные последствия, то в зависимости от его последствий, наш индивидуум понесет наказание.

Здесь весь вопрос в том, что «Кодекс корпоративный этики в КР» формально допускает отступление от норм действующего законодательства (зачастую возможность двоякого толкования одной нормы закона, как уже было сказано, просто не оставляет специалисту КР выбора – что бы он не сделал, он нарушит закон), однако явным образом лишает нарушившего его своей корпоративной поддержки, ограничивая возможности этого нарушения целым рядом жестких требований.
Именно поэтому мы и обсуждаем максимально объемно-приемлемую формулировку «Кодекса корпоративной этики в КР», а не ограничиваемся определением, что корпоративная этика это работа в рамках Уголовного Кодекса.
Именно «Кодекс корпоративный этики в КР» становиться нашим внутренним Законом, ограждающим «белое» сообщество от оголодавших «шакалов».

Более того, я повторюсь в своей крамольной мысли: государство заинтересовано в том, чтобы «белое» сообщество специалистов КР хотя бы формально слегка выходило за ограничительные рамки, с тем, чтобы иметь реальные рычаги воздействия (рычаги, а не кувалду!).
К тому же надо учитывать наши сегодняшние реалии – насколько законна будет покупка конфиденциальной информации у «инициативника», или проведение «разведопроса» путем общения в сети Интернет, используя, как минимум, нейтральный «ник», или же вычисление интересов и предпочтений ведущих сотрудников фирмы-конкурента посредством мониторинга посещаемых ими сайтов?
А переманивание сотрудников фирм-конкурентов «в темную», имея целью «выкачать» из него ценную для нас информацию?
А этично ли это?
С точки зрения существующей сейчас практики работы в КР – безусловно, да. Большинство участников рынка КР не только поддерживают проведение подобных мероприятий, но и сами активно используют их в повседневной работе, прекрасно осознавая при этом все риски, которые несут в себе эти меры.

Я не претендую на истину в последней инстанции, но по моему личному мнению, наш «Кодекс корпоративный этики в КР» должен оставлять нам возможность добывать информацию, формально оставаясь в правовом поле, в крайнем случае допуская частичный выход за его рамки. И на этот выход должны накладываться жесткие ограничения.

Во-первых, эти действия не должны создавать угроз общественной безопасности (в принципе, речь можно вести о более широком понятии – государственной и общественной безопасности, причем государственной, как внутренней, так и внешней).
Во-вторых, они должны вызывать приемлемую реакцию государства на свои действия и их последствия. Или – не вызывать негативную реакцию, или вообще не вызывать никакой реакции. Это кому какая формулировка больше по душе.
Главное - чтобы государство было в отношении нас спокойно и не видело бы в действиях участников «белого» рынка КР угроз стабильности, попыток выйти из-под контроля, или иных негативных для себя действий.
Ну и, в-третьих, наши действия должны получать должную интерпретацию внутри той общественной группы, интересы которой затрагивают (или могут затронуть) наши действия по выполнению поставленных задач (в общем случае – внутри всего общества).
Иными словами, наши методы работы не должны возбуждать общественного интереса, кроме тех случаев, когда нам это нужно, то есть, наши действия должны вызывать приемлемый для нас резонанс в обществе (а он может разным – от нулевого до оглушительного).

Ну вот мы и подошли к определению термина «Корпоративная этика в КР», который и предоставляем на Ваш суд.

Корпоративная этика в конкурентной разведке - это добровольно принимаемые на себя участниками рынка КР обязательства по применению таких форм и методов работы, которые, не создавая угроз общественной безопасности, позволяют добиваться нужного результата, не выходя явным образом за рамки действующего законодательства и вызывают при этом приемлемую для участников рынка КР реакцию государства и общества.

Вместо заключения.

Определение дано. А механизм, который позволяет поставить это определение на службу профессиональному сообществу – это создание сообщества (или сообществ) профессионалов конкурентной разведки. Это сообщество должно быть полезным своим членам, поскольку иначе оно окажется неработоспособным. И создаваться оно должно не потому, что это модно, а на основе понимания участниками рынка жизненной необходимости объединяться и отстаивать свои интересы не только перед государством, но и перед угрозой со стороны «оголодавших наемников». Иного пути превратить конкурентную разведку в легальный, респектабельный и стабильный бизнес никто не придумал.
Хочется верить, что вопрос о необходимости саморегуляции рынка КР и выработки «Кодекса корпоративной этики в КР» не заглохнет, и наша статья станет хорошим катализатором этого процесса.
Что ж, господа бизнес-разведчики. Дискуссия объявляется открытой.
Ведь это в наших общих интересах …

С уважением, Евгений Ющук и Константин Ильин

 

Удаление информации из Интернета. Стирание негатива из Интернета

Создание сайтов для малого бизнеса. Создание сайтов для ИП

<< Вернуться на главную страницу сайта

Перейти к разделу "Конкурентная разведка на предприятии а также вопросы промышленного шпионажа " >>

Перейти к разделу "Интернет и компьютеры как инструменты конкурентной разведки" >>

Перейти к разделу "Люди как объекты и источники в конкурентной разведке " >>

Перейти к разделу "Вопросы стратегии и геополитики глазами специалистов разведки. Библиотеки. Полезные ресурсы " >>

Перейти к разделу "Официальная информация о российских предприятиях и гражданах в открытом доступе " >>

Сайт Невидимый Интернет

 

  Профессор Ющук Евгений Леонидович vs депутат Леонид Волков. Ющук выиграл суд у Волкова за оскорбления в блогах и Твиттере. Судебный прецедент Ющука.

Открытый мастер-класс Ющука Евгения Леонидовича. Ющук Евгений Леонидович "Конкурентная разведка против PR в живом эфире". В порядке ответа на
"Черный список", автор которого Кузнецов Сергей Валентинович

Блог поддержки открытого мастер-класса Ющука Евгения Леонидовича. Ющук Евгений Леонидович "Конкурентная разведка против PR в живом эфире". В порядке ответа на
"Черный список", автор которого Кузнецов Сергей Валентинович

Хонда Екатеринбург

Honda Екатеринбург

Ющук Евгений Леонидович. Ющук Евгений Леонидович (Ющук Е.Л., Евгений Ющук, Evgeny Yushchuk, Yushchuk Evgeny Leonidovich) Конкурентная разведка для тех, кто работает в российском бизнесе. Конкурентная разведка как продолжение маркетинга.