Евгений Ющук. Конкурентная разведка
Категория информационной продукции 18+

 

Конкурентная разведка

На главную страницу


Информационная война в Интернете, обучение Конкурентной разведке и другие услуги, которые можно заказать Евгению ЮщукуКонкурентная разведка



Мониторинг Интернета


«Зачистка» негатива в Интернете



Обучение Конкурентной разведке и Информационной войне



Восстановление картины событий по фрагментам информации. Прикладная аналитика
 


Информационные войны в Интернете «под ключ» (Кризисный PR)



Установление исполнителей и заказчиков «черного PR» в Интернете



Деанонимизация ботов, атакующих клиента в Интернете



Комментирование в Интернет-форумах, соцсетях, СМИ, блогосфере, на сайтах с отзывами



Троллинг и антитроллинг



Проведение «военных игр» для компаний



Помощь адвокатам по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации, в т.ч. при атаке через СМИ и соцсети



Разворот информационной повестки в желаемую сторону, размежевание с фигурантами скандалов



Парирование негатива в СМИ


Семинары Евгения Ющука по Конкурентной разведке и Информационной войнеКонкурентная разведка



Курс "Маркетинг рисков и возможностей: Конкурентная разведка"


Курс "Конкурентная разведка: работа с людьми и в Интернете"


Курс "Управление репутацией в Интернете"


Командно-штабные игры (Военные игры, War Games) для специалистов PR-подразделений компаний и топ-менеджеров


Курс "Информационная война в Интернет-форумах и блогосфере. Противодействие негативу и партизанский маркетинг. Продвижение методами "активных мероприятий" (в терминологии разведки) "


ОТЗЫВЫ СЛУШАТЕЛЕЙ

 

Масштабная программа семинара, на основе авторского курса Евгения Ющука, преподававшегося в Магистратуре по Конкурентной разведке в УрГЭУ (в формате вебинара)Конкурентная разведка/ Семинар на основе курса магистратуры по Конкурентной разведке











Блог Ющука Евгения Леонидовича "Конкурентная разведка"
Управление репутацией в Интернете, Интернет-разведка .Компания  Ющука Евгения Леонидовича


Ющук Евгений Леонидович. PR- "Айкидо": Продвижение на негативе, за счет ресурсов противника

Ющук Евгений Леониlович. Кризисный PR


Концепция "Репутационной крепости". Разрушение репутационной защиты объектов любой сложности

Ющук Евгений Леониlович. Кризисный PR


Магистратура Евгения Ющука  по Конкурентной разведке (УрГЭУ, 2010-2019 гг.)

Подробности - здесь

Евгений Ющук. Магистратура по Конкурентной разведке


Еще полезные сайты по Конкурентной разведке и Информационной войне

Сайт Невидимый Интернет

Сайт "Конкурентная разведка и информационная война"

Блог Корпоративные блоги



 

PR-атака на онкологический центр им. Блохина: КТО? КАК? ЗАЧЕМ?

Расследование Евгения Ющука

Онкологический Ценр им. Блохина. Расследование атаки. Евгений Ющук


Вообще, суть конфликта в Онкологическом Центре им. Блохина (НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина), как следует из полученных мною и систематизируемых в данный момент сведений - отлучение "активистов" от кормушки в Фонде и их страх стать фигурантами уголовного дела за плесень в отделении.
Потому что, плесень для детей с ослабленным иммунитетом смертельно опасна.

И я это докажу.

И, кстати, то, что они плесень, которую развели и не ликвидировали, даже после указания её ликвидировать, приписали руководству Центра, которое её выявило и предписывало им ликвидировать - очень наглядный индикатор.

Поэтому и скачет по СМИ и оппозиционным площадкам, находясь на больничном(!), администратор Рыков.

К них "оружие последнего шанса" задействовано: попытаться прикрыться общественным мнением.
Не получится у них это. Общественное мнение не любит, когда его "разводят". Тем более, когда его "разводят" на беспокойстве за жизни детей те, кто этих детей с ослабленным иммунитетом засунул в плесень, преследуя совершенно корыстные цели.

И учредитель Фонда, который не стеснялся давать указания родителям российских детей покупать лекарства за свой счёт тоже вызывает массу неприятных вопросов.

Веду расследование и публикую результаты/


Менткевич Георгий Людомирович и Фонд Настенька

Георгий Менткевич: "В этом лагере только один вождь". Скриншот страницы Фонда "Настенька" в Facebook



ОГЛАВЛЕНИЕ

Похоже, активисты НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина "прилипли" на неправде. Смотрите сами.

О квотах на лечение онкобольных детей: что стало для "активистов" Онкоцентра им. Блохина триггером к атаке

Ольга Демичева: "Если бы я не была в курсе ситуации в НИИ детской онкологии и гематологии..."

Конфликт в клинике на Каширке: официальная версия Центра имени Блохина

"Мелкий" штрих к конфликту в онкоцентре им. Блохина. Всего на 60 миллионов в руки активиста?

Как оценивать фонд сотрудника Центра им. Блохина? Просто: сравнить с тем, что в Центре Димы Рогачева

Ай, как интересно! Это тоже про Центр им. Блохина и скандал в нём. По открытым источникам. Откуда в Центр пришёл Иван Стилиди?

В чём главная ошибка активистов, сплотившихся вокруг учредителя частного Фонда Г. Менткевича в Онкологическом Центре им. Блохина

Эксперт высказал мнение, что методики, применявшиеся у Георгия Менткевича в Центре им. Блохина — устаревшие (и не самые безопасные). И аргументировал своё мнение

Враньё активистов Онкоцентра им. Блохина войдет в учебники: Онкоцентр раскрыл официальные зарплаты  врачей

Зарплаты в Онкоцентре им. Блохина: На чем манипулируют "активисты" вместе с навальнятами

Онкоцентр им. Блохина: Информация из первых рук. Интервью Ивана Стилиди "Известиям"

Онкоцентр им. Блохина увеличил количество операций на 2500 в год. Как? И при чем тут коррупция?

Опубликованы зарплаты четверых "страдальцев от низких зарплат" в Центре Блохина. И их схематоз тоже

"Уникальные" методики Менткевича оказались скорее "раритетными"? Мир ушел вперед, а он остался?

В общем, Минздрав сказал Стилиди слать врунов нах и продолжать вытаскивать Центр Блохина из ямы

Что упускают из виду журналисты, оценивая конфликт по линии "Менткевич-Попа vs Варфоломеева-Стилиди"

Максим Рыков (Онкоцентр им. Блохина) и любопытный переход актива в единолично частные руки

Как так: Минздрав нашел нарушения в Центре Блохина, а Варфоломееву увольнять оснований нет? Отвечаю

Смертельно опасные для детей грибы в отделении Попы (в Институте Менткевича). Вот это и вскрыла Варфоломеева

Менткевич и Фонд "Настенька". Кто там у них реальный Вождь - сообщил сам Георгий Менткевич. Сам!

Георгий Людомирович Менткевич решил поговорить о вранье. Это похвально. ОК, давайте, поговорим

Менткевич, Онкоцентр им. Блохина и Благотворительные фонды (прежде всего, фонд Настенька). Краткое резюме

Варфоломеева хамила и требовала от "активистов" уволиться? Ну, давайте послушаем вместе.Онкоцентр им. Блохина. Светлана Варфоломеева и Александр Попа - беседа

За сытым столом онколог спокойно и цинично приговорил детей к смерти? (Активист Онкоцентра Блохина)

Кто такой Кирилл Киргизов? Киргизов специалист? Он понимает в трансплантациях? В чём врут активисты?

Ремарка к разгону: "Ах, активистов из Центра Блохина могут не взять на работу"!

Смежная тема: Почему важно работать лишь с теми благотворительными фондами, где учредители - явно порядочные люди

Активист Максим Рыков "угнал" журнал у онкологов, подделав подпись? Будет уголовное дело?

Наилучшее решение для фонда "Настенька". Моё личное мнение

Георгий Менткевич, Джамиля Алиева и Ассоциация "Все вместе" - кто с кем, возможно, аффилирован и как

Направил запрос Председателю Благотворительного фонда «Настенька» Алиевой Джамиле Муратовне

Любопытная деталь к конфликту в Онкоцентре им. Блохина: против Стилиди бросили большие деньги

"МК": Что стоит за конфликтом в НИИ детской онкологии. Демарш на Каширке

Меня попросили прокомментировать статью "Мы что, крепостные, что ли?!" Евгения Журавеля. ОК, вэлкам

Далее будет: "Сегодня все мы Попы" - с ударением на первый слог, в честь активиста Александра Попы?

Краткий итог пресс-конференции отлучённых от кормушки

Ситуация с переходом журнала Общества детских онкологов в руки лично Рыкова - на данный момент


Позиция Светланы Варфоломеевой в конфликте Онкоцентра им. Блохина (прямая речь)

Логика "активистов" Центра им. Блохина: "Назло маме отморожу уши", - плавно ушла в "Плач Ярославны"

Вопросы, на которые не ответил Благотворительный фонд «Настенька» и его руководитель Джамиля Алиева





Похоже, активисты НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина "прилипли" на неправде. Смотрите сами.


Вернуться к оглавлению



Ольга Демичева: "Если бы я не была в курсе ситуации в НИИ детской онкологии и гематологии..."

Центр Блохина. Онкология. Расследование Евгения ЮщукаОльга Демичева:
"Продолжаются звонки из разных СМИ с просьбой прокомментировать выложенный на ютубе видеоролик, где записано протестное заявление четырех сотрудников НИИ детской онкологии и гематологии.

Позавчера вечером сделала запись в своём блоге, по поводу которой у меня теперь просят интервью:

«Вдруг с ужасом подумала: если бы я не была в курсе ситуации в НИИ детской онкологии и гематологии, легко могла бы повестись на провокацию и поддержать тех, кто выступил против нового руководства.
Как же важно быть в теме, прежде, чем массово поддерживать кого бы то ни было...
Хотелось бы понять почему эти «смелые люди», сейчас активно выступающие в СМИ под крылом Навального, на его сайте, ранее не подавали прежнему руководству докладные о плесени на стенах детской онкогематологии? Ведь это смертельно опасно для их пациентов, у которых на фоне химиотерапии развивается тяжелая иммуносупрессия. В июне ребенок, получавший химиотерапию умер от грибковой инфекции. Кто несёт ответственность за эту ситуацию?
(Отдельная история, как мне стал известен этот факт, спросите активистов «Альянса», при этом даже не врачей).

Почему в этой опасной стародавней плесени и в многолетнем простое нового корпуса эти люди обвинили новое руководство, пришедшее в июне 2019? Трагикомедия абсурда. Они говорят, а обыватель, не задумываясь, верит...

Как всегда. Ищи, кому выгодно...

Мне многое странно в этом протесте.
Врачей должно было волновать положение дел в НИИ детской онкологии и гематологии уже давно. Почему молчали? Почему новое руководство, устраняющее сейчас эти проблемы, им не нравится? А старое руководство, не обращающее внимание на плесень, убивающую пациентов, нравилось?
Хотелось бы понять их логику.»

Простите, что большинству корреспондентов не ответила: вчера весь день консультировала в клинике, сегодня лекцию читаю. Нет времени, реально.

Поскольку сегодня ночью на неделю улетаю в командировку, оставляю свой видеокомментарий для всех, кто его просил".

https://www.facebook.com/olga.demicheva.5/videos/2481450581962598/


Вернуться к оглавлению



Конфликт в клинике на Каширке: официальная версия Центра имени Блохина

В Москве продолжаются разбирательства вокруг массового увольнения врачей из Института детской онкологии Национального медицинского исследовательского центра (НМИЦ) онкологии им. Н.Н. Блохина. Организацию уже покинули четыре специалиста.

Прецедент, напомним, возник в связи с конфликтом группы врачей с недавно назначенным директором института Светланой Варфоломеевой. Коллектив обвинил управленца в отсутствии внимания к застарелым проблемам: качеству корпусов, условиям труда, оплате работы врачей и младшего медицинского персонала.


Ранее пристальное внимание на проблему обратил уралец, профессор УрГЭУ и специалист в области конкурентной разведки Евгений Ющук. Он полагает, что исход врачей может быть связан с деятельностью благотворительного фонда «Настенька», учредителем которого является сотрудник института.

В ходе подготовки материала у корреспондентов ЕАН возникли сомнения относительно заявлений докторов о «недостаточно высокой оплате труда» и «уникальности» применяемых ими методов, также необходимо было уточнить, насколько правомерны претензии сторон друг к другу.




Все вопросы мы задали действующему руководству Национального медицинского исследовательского центра (НМИЦ) онкологии им. Н.Н. Блохина. Приводим ответы пресс-службы медицинского учреждения.

-Что, по вашей версии, представляет собой конфликт с родителями? Он действительно есть? Почему он возник? Что послужило реальной причиной и отличается ли она от публично заявленной активистами?

-Активистами, как вы их называете, создан искусственный конфликт с родителями больных. Родителей обманывали неоднократно: в том, что им якобы нельзя общаться со СМИ, а то их выпишут из стационара.

 Когда пришли телекомпании – активисты заперли детей в палатах. Их пугали, что закроют отделение и всех отправят лечиться по месту жительства. Или что закроют все протоколы лечения и больных переведут на непроверенные российские препараты. Все это было инспирировано самими активистами, а затем они обвинили в этом руководство центра.

-А что за ситуация с валом бумажной работы?

-Родителям говорили, что врачей заставляют заниматься ненужной бумажной работой и поэтому у них стало меньше времени на работу с детьми. Это неправда.

Так называемая «ненужная бумажная работа» - это работа по цифровизации документооборота.

 Сегодня старшая медсестра заполняет около 16 журналов в день. Это трудоемко, а главное – невозможно прозрачно проследить движение лекарств и ход лечения. 

Лист назначений, соединенный с аптекой, делает прозрачным процесс назначения, применения и, в конце концов, закупки лекарственных средств, что пугает активистов, потому что они становятся прозрачными и подотчетными.

-А что понимает руководство центра под конфликтом интересов Георгия Менткевича, учредителя фонда, расположенного на территории центра, и самого центра, в котором Менткевич является сотрудником и должностным лицом?

-Конфликт интересов - это термин двоякий. Он есть в законодательстве о госслужбе, а есть в бытовом, так сказать, понимании. Менткевич не госслужащий, поэтому в данном случае мы используем этот термин в понятном всем бытовом смысле. Когда у одного и того же человека есть дилемма – отдать приоритет личному или же общественному (в рамках занимаемой должности). Это не юридический, а моральный скорее выбор. Менткевич - соучредитель фонда «Настенька». Кабинет фонда находится в его отделении, там же юридическая регистрация.



В год через фонд проходит несколько десятков миллионов спонсорских средств.

Из этих средств финансируют операции по аутологичной трансплантации костного мозга у детей. То есть это тот вид трансплантации, который полностью покрывается государственными квотами.

 Ежегодно в отделении трансплантации костного мозга производилось более 50 аутотрансплантаций, при этом заказывалось порядка 20 квот. Таким образом, НИИ ДОиГ недополучал бюджетные средства по тарифу ВМП (высокотехнологичная медицинская помощь). Почему для лечебного учреждения и для самих пациентов важно получать деньги именно через квоты? В квотах заложены средства на развитие института, на расходные материалы и даже такие вещи, как амортизация оборудования и т.д.



В результате в обозначенных отделениях систематически уменьшались деньги, например, на ремонт палат, закупку и амортизацию оборудования и прочее, так как эти средства заложены в тарифе ВМП, а не в средствах, поступающих через фонд.


У подобного рода схемы есть и морально-этический аспект. Помощь фондов жизненно важна в тех случаях, когда государство не может оказать весь объем нужной помощи пациентам. Например, при аллогенной трансплантации.

Существует два вида трансплантаций гемопоэтических стволовых клеток аутологичная и аллогенная. При аутологичной у пациента берут его собственные клетки, замораживают, дают больному высокие дозы химиотерапии и затем возвращают клетки обратно

«Аутологичная пересадка с точки зрения трансплантолога — вообще не трансплантация, — говорит Михаил Масчан, врач-гематолог, замдиректора НМИЦ ДГОИ им. Дмитрия Рогачева. — Потому что там нет никаких иммунологических реакций, никакого донора там нет.

 Весь смысл аутопересадки в том, что клетки костного мозга очень чувствительны к химиотерапии и есть такие дозы химиотерапии, которые можно дать, только защитив клетки костного мозга. Мы их и защищаем — в холодильнике. А потом возвращаем пациенту. 

Есть опухоли, при которых эта добавка в дозе химиотерапии увеличивает шансы на выздоровление». С точки зрения сбора средств ауто-ТКМ тоже обычно не представляет интереса, так как практически все связанные с ней расходы оплачиваются государством.

Второй вид трансплантации — аллогенная, при которой клетки берут у донора и пересаживают реципиенту.




«Аллогенная пересадка — это всегда вопрос спасения жизни, — продолжает Михаил Масчан. — Это очень дорогая процедура с большими рисками для пациента, и без абсолютной уверенности, что это необходимо, ее не делают. Лечебный эффект аллогенных ТКМ складывается из двух вещей: это высокие дозы химиотерапии и иммунологическая реакция, которая появляется в результате замены костного мозга пациента на донорский».

Именно аллогенные пересадки имеются в виду, когда мы говорим о «трансплантации костного мозга» и о сборе средств на нее (сайт «Подари жизнь») или когда нужны лекарства, которых просто нет на территории Российской Федерации. Все это было обнаружено Светланой Варфоломеевой, о чем она и проинформировала директора онкоцентра Ивана Стилиди.



Кроме того, через фонд закупаются лекарства, обеспечивая сбыт лекарств производителю.

-Получается Варфоломеева сломала схему, которая была коммерчески выгодна Менткевичу и его подчиненным?

Возможно. Сейчас это выясняет внутренняя комиссия онкоцентра.

-Какова ситуация с ремонтом? Новому руководству активисты предъявляют претензии из-за плесени, отсутствия ремонта, недостроя и так далее. А какова ситуация с вашей точки зрения?

-По поводу ремонтов: за последние 1,5 года не поступало ни одной заявки на проведение ремонтных работ из Гематологии и ТКМ, хотя состояние именно этих отделений очень плохое. На остальных этажах периодически проводились ремонтные работы.

 Светлана Варфоломеева инициировала проведение повторных плановых эпидемиологических исследований, в результате которых были обнаружены плесневые грибы. О чем она немедленно сообщила руководству онкоцентра. Бокс, в котором были обнаружены грибы, был выведен из эксплуатации Иваном Стилиди, им же даны распоряжения о проведении ремонтных работ с заменой фильтров и противогрибковой обработкой помещений. 

Руководство отделений повторно было информировано о наличии плесневых грибов и об их высоком накоплении. Однако это вызвало сопротивление. В Сети появилась информация о якобы закрытии отделения. Не на ремонт, а просто закрытия.

Мы усматриваем в таком поведении одну цель: пролечить больше больных и заработать больше денег, несмотря на смертельные риски, которые влечет за собой размещение детей после процедуры пересадки костного мозга в помещениях с плесневым грибком. Но особый цинизм, на наш взгляд, – это, как и в ситуации с введением родителей пациентов в заблуждение, обвинение в данных проблемах руководства центра. Именно руководство центра и детского института 18 сентября проинформировало общественность о том, что мы начинаем ремонт в отделениях. Был выпущен пресс-релиз, опубликованный на сайте, сделана рассылка журналистам.




К нам приезжала программа «Вести», которой мы дали исчерпывающую информацию о ситуации в помещениях отделения трансплантации костного мозга. В сюжет также вошло интервью Георгия Менткевича, в котором он возмущался фактом проверки этих помещений и говорил о том, что воздух в его отделении такой же, как и во всем институте. И вот спустя две недели он обвиняет в наличии плесени руководство, а не себя и своих коллег, которые мирились с таким положением вещей.

-Менткевич оплачивал лечение из фонда, но при этом освободил родителей пациентов от платы за лекарства из личных средств?

-Не делалось ничего, чтобы облегчить финансовое бремя семей пациентов. Являясь соучредителем благотворительного фонда, профессор Менткевич легко давал задания покупать лекарства родителям, иногда дешевые, иногда дорогостоящие.

 В интервью родственники детей говорят о закупке препаратов за 100 000 - 200 000 рублей. Как можно говорить о необходимости покупки, когда у тебя фонд, лекарства нужны для детей с лейкозом, и даже если название лекарства произнес не ты лично, то ты точно знаешь, что его покупают родители, и не пытаешься облегчить это бремя?


А вот Светлана Варфоломеева в течение двух рабочих недель обеспечила бесплатные процедуры для маленьких пациентов, которых раньше почему-то направляли в другие лечебные учреждения, чтобы там они получали эти услуги за деньги. Также Варфоломеева пригласила в штат детского института кардиолога и невролога, чтобы пациентов больше не отправляли на платные обследования у этих специалистов в другие клиники. У наших оппонентов просто удивительная способность называть белое черным.

-В распоряжении редакции есть документ с реальными цифрами заработной платы за год нескольких участников пресловутого видеообращения. Пожалуйста, подтвердите или опровергните эти сведения (в пресс-службу была выслана таблица - прим. ЕАН)

-Мы не можем разглашать сведения о заработной плате в привязке к конкретным специалистам. Можем лишь сообщить, что средняя зарплата четверых врачей онкоцентра, записавших видеообращение «Альянса врачей», составила от 166 до 400 тыс. рублей в месяц в период с января по август 2019 года. Есть некоторая «просадка» в июле, когда у нас был сбой в финчасти, в дальнейшем выправляемая.

-Сколько увольняется врачей и медсестер? 26 врачей и 50 медсестер - такие цифры звучали в паблике.

-Названные вами цифры – это фейки, вброшенные активистами, видимо, для того, чтобы взволновать общественность и прикрыться ею. На самом деле вместо объявленных 26 врачей - 8 заявлений на увольнение. 5 из них подписаны. Три заявления изучает созданная по приказу И.С.Стилиди комиссия, чтобы выявить причины. Мы остаемся в недоумении по поводу «логики» наших оппонентов. Сначала они заявляли, что им всем предлагают уволиться, чтобы взять на их место врачей из центра Рогачева, и одновременно заявляли о дефиците детских онкологов в стране.

 Затем они грозили руководству и родителям массовыми увольнениями и возмущались тем, что им не подписывают заявления об уходе. Теперь, когда стало понятно, что только 8 врачей из отделений химиотерапии гемобластозов и трансплантации костного мозга решили оставить своих пациентов, начинают раскачивать ситуацию с медсестрами. 

Всего в детском институте работают 84 медсестры. Решение уволиться приняла только одна. Льется очередная ложь про низкие зарплаты сестер. Увы, мы не можем разглашать персональные данные, но объявленные зарплаты в 2-5 тыс. рублей – это в десять и более раз заниженные суммы реальных выплат.

Точно так же наши оппоненты лгут относительно «графика увольнений». График есть, но он никак не связан с заботой о пациентах. С 7 октября все 8 врачей покинули тех, о ком они должны были думать в первую очередь. Кто-то уволился, кто-то ушел в отпуск с последующим увольнением. Люди просто решили отгулять отпуск! При чем здесь график увольнений, который в СМИ подается как забота о судьбе пациентов?! О них позаботилось как раз руководство НИИ ДОИГ и врачи из Российской детской клинической больницы (РДКБ), которые выразили солидарность с руководством онкоцентра и работают в отделении в режиме дежурств.

-Нам не совсем понятна ситуация с обвинениями активистами руководства центра в долгострое: долгострою 20 лет, Иван Стилиди директорствует полтора года, Светлана Варфоломеева – три месяца. Поясните, пожалуйста, как вы это видите.

-Обвинения в долгострое Георгию Менткевичу более логично предъявлять самому себе, так как длительное время он был замдиректора. Но мы не видим от него ни одного зарегистрированного обращения не то, что президенту России, но даже своему непосредственному руководству для того, чтобы разобраться с проблемой долгостроя!

Вы, наверное, уже не удивитесь, если мы скажем, что именно с приходом на должность директора онкоцентра Ивана Стилиди в ноябре 2018 года строительство было ускорено и пришло к своему завершению.



По поводу причин долгостроя приводим справку: в соответствии с постановлением правительства Российской Федерации от 26 декабря 2017 года № 1639, завершение строительства НИИ детской онкологии и гематологии ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» минздрава России предусмотрено в 2019 году.

Строительство новых корпусов НИИ детской онкологии и гематологии действительно началось более 20 лет назад. Начинала его турецкая фирма «Аларко» за счет средств от поставок российского природного газа в Турцию по межправительственному соглашению. Впоследствии строительство новых корпусов было остановлено в связи с изменившейся межгосударственной ситуацией. Строительство объекта было возобновлено только в 2011 году, когда правительство Российской Федерации поддержало соответствующую инициативу учреждения.

 Новому руководству учреждения объект достался в незавершенном состоянии, при этом технологическое оснащение двух основных корпусов не было выполнено.

За последние полтора года новое руководство провело согласованную минздравом России корректировку проекта, получило необходимые для продолжения строительства объекта положительные заключения от государственной экспертизы. Также оно выполнило необходимые подключения к сетям и в конце 2018 года сдало в эксплуатацию два из пяти корпусов.

Сейчас строительные работы завершены еще на двух корпусах. Все аукционные процедуры в объеме завершения строительства и технологического оснащения объекта завершены. Идет поставка оборудования и мебели и ведутся отделочные и специальные работы по клиническому корпусу «Б».

Таким образом, новое руководство учреждения не предполагает искусственно затягивать строительство новых корпусов НИИ детской онкологии и гематологии и собирается вводить объект в эксплуатацию в срок, установленный правительством Российской Федерации.

-В предыдущем материале ЕАН приводил мнение эксперта о том, что в отделении Менткевича применялись устаревшие, а потому токсичные методики. Прокомментируйте это, пожалуйста.

-Да, эксперты действительно полагают, что в отделениях Менткевича дети получают очень много антибиотиков, причем в повышенных дозах, и, соответственно, противогрибковых препаратов. Это не полезно, а возможно, и опасно для здоровья детей. Эксперты действительно считают, что есть более безопасные (и более новые) методики, позволяющие с меньшим вредом для организма бороться с заболеваниями наших пациентов. Но степень опасности и то, приемлемы ли такие методы в настоящее время, оценит комиссия минздрава.


eanews.ru

Вернуться к оглавлению




"Мелкий" штрих к конфликту в онкоцентре им. Блохина. Всего на 60 миллионов в руки активиста?

Предлагаю обратить внимание на один факт.

Судя по тем нестыковкам в позиции инициаторов скандала, который выявляют и врачи, и журналисты, надо искать, скажем так, "побочные" "бабки" в Детском центре онкологии. Не старушек, понятно, искать, а деньги. Шуршавчики. Это первое.

Второе. Наиболее активный гражданин в скандале, который идет в Центре им. Блохина - Менткевич Георгий Людомирович (он на фото).
Его позицию, кстати, активно показывают такие издания, как Дойче Велле и Радио Свобода - но это ладно, бог с ними, сейчас не о том речь.



Заходим в Контур.Фокус - сервис, пожалуй, наиболее информированный обо всём, что связано с движением легальных денег. Вбиваем: "Менткевич Георгий Людомирович".

И обнаруживаем Благотворительный фонд "Настенька", учредителем которого является как раз Менткевич Георгий Людомирович.

У этого фонда официальный баланс на конец 2018 года составлял 12.5 млн рублей. А в предыдущий год - 14 миллионов.







Причем это баланс. А обороты там, по данным того же Контур.Фокус,  зашкаливают за 60 миллионов рублей в том же 2018 году.
Причем есть и доход от предпринимательской деятельности - "небольшой", "какие-то жалкие" полмиллиона с хвостиком. У частного Фонда на территории Федерального бюджетного учреждения?







Интересен также и адрес Фонда: Москва, Каширское шоссе, 23. Чем этот адрес интересен?

А он совпадает с адресом ФГБУ "НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина" Минздрава России.

Это - с сайта ФГБУ "НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина" Минздрава России скриншот как раз:




А это - с сайта Благотворительного фонда "Настенька" (даю ссылку на архив, бо что-то мне подсказывает, что они могут начать подчищать "хвосты") -  и там тоже Москва, Каширское шоссе, 23:



Не знаю, насколько корректно, когда сотрудник Федерального государственного бюджетного учреждения на территории, как понимаю, этого же ФГБУ устраивает проект.
Пусть и благотворительный, но частный.
И при этом на сайте проекта пишет, что это "фонд НИИ детской онкологии и гематологии ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России", тогда как из данных Контур.Фокус, на мой взгляд, следует, что это Фонд гражданина РФ - т.е. просто частного лица - а вовсе не ФГБУ.

Кстати, тут есть, как мне кажется, большой вопрос: на каком основании вообще название госучреждения используется в, по сути, рекламе частного фонда?

В общем, получается любопытная картина: с 2002 года в Федеральном государственном бюджетном учреждении, которое занимается лечением онкопатологии, работает благотворительный фонд. Специализируется этот фонд на лечении детей от онкологии. И принадлежит фонд одному из тех начальников-врачей, которые детей лечат как сотрудники ФГБУ.
Через этот частный фонд ежегодно идет финансовый поток на десятки миллионов рублей.

Фонд активно собирает деньги, у него для этого выстроена инфраструктура (скриншот с их сайта):






И вот, в этом Центре им. Блохина появляется новый руководитель всего Центра - Иван Стилиди (в 2018 году), а затем новый руководитель появляется непосредственно в Детском центре (входящем в Центр Блохина) - Светлана Варфоломеева  (летом 2019 года).

И через короткий промежуток времени после появления нового непосредственного начальника (Варфоломеевой) владелец благотворительного фонда, годами собиравшего деньги с населения (Менткевич) вдруг разразился спичем в духе: "Доколе?! Так жить нельзя! Денег не платят!", - ну и так далее.

Если это не случайное совпадение, то  бы поискал, не получилось ли так, что частную лавочку просто решили наконец прикрыть? Во всяком случае, именно такое направление мне представляется перспективным для поисков, учитывая весь комплекс сведений, поступающих из СМИ и просто от врачей. Как правило, именно такие версии следует отрабатывать в первую очередь. Как-то слишком, на мой взгляд, ВНЕЗАПНО прозрел гражданин Менткевич. То всё его устраивало годами, если не десятилетиями - и вдруг началось нечто вроде: "Не могу молчать!".


Кстати, информация о фонде как возможной главной причине конфликта, если внимательно посмотреть, проскакивала в СМИ, хотя очень завуалированно и без подробностей:





Наблюдаем.

ДОПОЛНЕНО
из обсуждения этого материала на одной из площадок



Вернуться к оглавлению




Как оценивать фонд сотрудника Центра им. Блохина? Просто: сравнить с тем, что в Центре Димы Рогачева

В материале "Мелкий" штрих к конфликту в онкоцентре им. Блохина. Всего на 60 миллионов в руки активиста?" я обратил внимание на тот факт, что благотворительный фонд "Настенька" создан довольно высокопоставленным сотрудником государственного учреждения Центр им. Блохина - Менткевичем Георгием Людомировичем.
И располагается этот частный фонд на территории госучреждения. Более того - прямо увязывает себя на своем сайте с этим госучреждением.

Я также обратил внимание, что тем самым, на мой взгляд, создана весьма двусмысленная ситуация: сотрудник госучреждения, который, по идее, должен обращаться за финансированием к государству (а государство детским онкологам финансирование даёт), организовал частный поток денег от граждан. Как они тратятся - безусловно, надо разбираться, но пока складывается ощущение, что траты идут и на то, что государство финансирует (при условии что ему правильно подадут на финансирование заявку, разумеется).

Есть мнение, что, быть может, у государства просто нет денег?

Для того, чтобы в этом более-менее разобраться, достаточно, на мой взгляд, просто сравнить ситуацию в Центре им. Блохина с ситуацией в конкурирующем Центре - имени Димы Рогачева.
Не может же так быть, что господину Менткевичу государство не дает денег, а Центру Рогачева при этом их дает?

Что я увидел в результате?

Во-первых, Центр Димы Рогачева сам собирает деньги на благотворительность. Безусловно, есть неравнодушные люди (да и просто благодарные пациенты), которые хотят сделать благотворительное пожертвование средств.

Такая возможность у них есть, и при этом реквизиты указаны госучреждения:




Во-вторых, на сайте Центра им. Димы Рогачева на вкладке "Благотворительность" есть фондЫ (вот так, во множественном числе), сотрудничающие с Центром. Их реально много, можете сами посмотреть:
http://www.fnkc.ru/index.jsp?load=fbo






В общей сложности там 12 Фондов и волонтерских организаций.

Причем первый в списке - Фонд "Подари жизнь", организованный Чулпан Хаматовой и Диной Корзун
https://www.podari-zhizn.ru/main/node/2





У фонда Чулпан Хаматовой Центр Димы Рогачева - один из проектов:
https://www.podari-zhizn.ru/main/node/7165



А у Центра Димы Рогачева фонд Чулпан Хаматовой - один из партнеров, как видно выше.

Вот, это мне понятно. А фонд, который учрежден сотрудником госучреждения на территории самого учреждения - непонятен.
В том числе и потому, что порядочность Чулпан Хаматовой прозрачна и известна, а о господине Минткевиче публично стало известно едва ли не после скандала, который, в значительной степени, он сам и инициировал, когда, как я понимаю, стали разбираться, чем его фонд в Центре Блохина конкретно занимается.

О том, что частный фонд, учрежденный господином Минткевичем, пишет на своем сайте, что он вообще является фондом Центра Блохина я уже говорил в предыдущем материале:




И то, что Фонд, учрежденный Минткевичем, согласно данным Контур.Фокус, не имеет отношения к Центру им. Блохина (за исключением адреса местонахождения) - я тоже показывал:





Как и 60-миллионные обороты, а также официальные данные о предпринимательской деятельности Фонда господина Менткевича (это тоже Контур.Фокус):




При этом руководитель Центра Димы Рогачева рассказывает, что потребность в услугах фондов, в плане лечения, нужна там, где невозможно прямо оплатить из бюджета. Однако это вовсе не операции в Центре:



https://www.ntv.ru/novosti/1952469/


Между тем Фонд Менткевича размещает у себя на сайте отчетность о потраченных средствах, в которой говорит об оплате операций и химиотерапии - т.е. того что, в принципе, оплачивается государством и что не звучит у руководителя Центра Рогачева как требующее финансирования из Фонда:






Добавим к этому то, что я показывал ранее: новая начальница господина Менткевича - Светлана Варфоломеева говорила о неком благотворительном фонде, учредителями которого являются активисты-сотрудники Центра Блохина. И говорила, что у этих сотрудников в результате возникает конфликт интересов:




Выглядит непротиворечивой версия, что, вполне возможно, господин Менткевич, или связанные с ним сотрудники Центра Блохина, вполне возможно, не в полном объеме оформляли заявки на финансирование операций, либо лечения - и в результате пуская финансирование через фонд. Вместо того (если версия верна), чтобы финансирование прошло на счета госучреждения.

Надо разбираться. Сама по себе ситуация наличия ОДНОГО фонда (а не нескольких), и при этом учрежденного сотрудником госучреждения прямо в этом учреждении выглядит не очень симпатично, на мой взгляд.

Центр Димы Рогачева в этой ситуации - с его 12-ю фондами-партнерами, при лидерстве Фонда безусловно порядочной Чулпан Хаматовой смотрится, на мой взгляд, значительно лучше. Учитывая, что при этом в Ценре Димы Рогачева не говорят о необходимости дополнительно финансировать операции и лечение из средств Фонда - так вообще сильно лучше, я считаю.

Минздрав один и тот же, финансирование двух одинаковых центров структурно одинаковое - но при этом в Центре Блохина вдруг требуется оплачивать операции и химиотерапию из средств Фонда (единственного, и учрежденного сотрудником!), а в Центре Димы Рогачева - не требуется (и Фондов много, и они не сотрудником учреждены). Почему так?


Вернуться к оглавлению



Ай, как интересно! Это тоже про Центр им. Блохина и скандал в нём. По открытым источникам. Откуда в Центр пришёл Иван Стилиди?


Основной мессадж активистов в Центре им Блохина примерно такой:
"Мы тут с начала 1980-х работаем! И вот недавно пришли варяги извне и решили всё порушить.
И старое руководство Центра заменили вовсе не потому, что Центр им. Блохина погряз в коррупции, искусственно создавались очереди, делались поборы, а просто 70-летний юбилей бывший начальник справил. Ну и что, что есть в российском здравоохранении руководители, которым сильно за 70 и они все равно не на пенсии?
И Благотворительный Фонд, который с 2002 года учредил один из наших активистов, занимающий немаленькую должность в Центре - это хороший, правильный фонд. Ну, подумаешь, получает здесь человек из бюджета зарплату и прямо здесь же делает Благотворительный фонд - ничего особенного в этом нет! Поэтому, наш активист-начальник, учредивший этот Фонд - правильный и хороший. То, что он теперь главный активист, как и то, что он стал активистом сразу после того, как начались вопросы по Фонду - случайность и совпадение, вот!".

Мило. Эмоцонально и патетично. Местами даже убедительно.

Но есть нюанс.

Нынешний директор Центра им. Блохина Иван Стилиди - на самом деле никакой не "варяг, пришедший извне". Он в этом Центре с 1981 года работает. Пришел санитаром и вырос до гениального хирурга, профессора и членкорра Академии наук:


Иван Стилиди - Центр им. Блохина
Иван Стилиди. Центр им. Блохина


Ребята-активисты думали, что этого никто не заметит? В век Интернета-то? Ну-ну..



**************


Немного журналистских материалов по теме - как с мнением активистов, так и с мнением их оппонентов:

Про коррупцию и поборы при прежнем руководстве (не удивлюсь, если именно это, а не достижение 70-летнего возраста и стало основанием для его замены. Бо, есть у нас примеры, когда и после 70-ти лет продолжают руководить медицинскими центрами):


Чемпион по поборам: скандалы в онкоцентре имени Блохина

Недавний скандал в крупнейшем российском онкоцентре оказался далеко не первым. Так, в 2015 году заведующий хирургическим отделением был задержан за взятку в 350 тыс. рублей. Эти деньги медик получил за операцию, которая должна быть бесплатной. А во время проверки в 2017 году Генпрокуратура выяснила, что двум тысячам пациентов пришлось платить за бесплатные лекарства и услуги.

Кроме того, в разные годы руководство Центра имени Блохина обвиняли в завышении стоимости оборудования при закупках и нецелевом использовании помещений. Так, в медучреждении работали фотосалон, продуктовые магазины и даже танцевальная студия.

https://www.ntv.ru/novosti/2239321/


А это - суть истории глазами врачей (не только тех нескольких человек, которые устроили демарш, но и других - которые вообще не их этого Центра и заодно - Рошаля)

Что на самом деле произошло в онкоцентре Блохина





«Архив телепередач на Яндексе https://yandex.ru/efir?stream_id=476ed552a082610bac5955a1edb859b1&from=streamhandler_serp

Ну и глазами директора - того самого, который не варяг.

Директор онкоцентра Блохина рассказал о "сценаристах и режиссерах" конфликтаЕще одна медицинская тема приобрела широкий резонанс. Речь — о конфликте между новым руководством и группой детских онкологов в Центре имени Блохина. Заложниками ситуации оказались тяжелобольные дети, которые проходят лечение в онкоцентре, и их встревоженные родители. Из-за дефицита достоверной информации многие просто в панике за судьбу своих детей. В конфликте на месте уже две недели разбирается комиссия, созданная Минздравом. 6 октября она должна завершить работу.

Новые корпуса хорошо видно из окна старой палаты. Контраст. Здесь — потертый линолеум. Там — свежая облицовка. Исторический долгострой — четверть века надежд и сомнений — близок к сдаче в эксплуатацию. В следующем году НИИ детской онкологии Центра Блохина обретет новый дом — светлый, яркий, высокотехнологичный. Такой же, как Центр Димы Рогачева. Ну, или почти такой же.

Доктор Дмитрий Ахаладзе, хирург-онколог НМИЦ ДГОИ имени Дмитрий Рогачева, удаляет раковую опухоль на печени. Пациенту — 2 года. И это — уникальная операция. В мире не развита. А в Центре Димы Рогачева поставлена на поток.

Такая больница не единственная. На Каширке тоже лечат и спасают. Хирурги с золотыми руками, которыми всегда славился онкоцентр Блохина. Он вообще много чем славился. И вот теперь "прогремел" на всю страну.

В столе дирекции лежат 4 подписанных заявления. Четыре доктора-онколога уйдут в знак несогласия с политикой нового руководства. Еще три заявления — пока не подписанных — принадлежат руководителям структурных подразделений: профессорам Менткевичу, Рыкову и Попе.

Детский институт сейчас закрыт для прессы, здесь работает комиссия, но для нашей съемочной группы сделали исключение, чтобы мы могли все увидеть своими глазами и оценить непредвзято. Итак, заходим.

Дети, взрослые. Везде – игрушки. Здесь свой мир, сжатый до узкого больничного коридора, где действительно отсутствует банальная вентиляция — здание построено в 1976 году. И невозможно сделать капитальный ремонт — нет резервных палат. Здесь устали от напряжения и стандартных вопросов.

Что происходит здесь и сейчас, выясняет комиссия Минздрава. Предварительный диагноз поставлен. В онкоцентре Блохина ситуацию оценивают так.

"Деструкция и падение того, что мы сегодня имеем и развивали многие годы. Вот это была цель. Я полагаю, что у этого сценария есть определенные сценаристы и режиссеры и они вне онкологического центра", — заявил Иван Стилиди, директор НМИЦ онкологии имени Н. Н. Блохина.

"Проблема в этих людях, которые, похоже, не удовлетворили свои амбиции в связи с тем, что на место директора назначили Варфоломееву, а, например, не Менткевича или Рыкова", — считает Игорь Дорошев, главврач клинических институтов онкоцентра.

Теперь онкоцентр на Каширке — объект пристального внимания общественности. Дыра в стене нового корпуса. Воруют, ползет по Сети.

Как под лупой — малыши, их встревоженные матери, врачи, у которых теперь прибавится работы. Тяжелобольные пациенты, оставленные уволившимися онкологами.

Но жизнь и работа продолжаются, и что бы ни происходило там в кабинетах, здесь в палатах постоянно, каждую минуту нуждаются в помощи. Об этом в один голос — врачи с мировым именем. Заповедь медика: не навреди.

"Я принципиально не поддерживаю врачей, которые в заложники берут пациентов. В данном случае детей и их родителей, а также членов их семей. Это очень большая группа пациентов", — отметил Александр Румянцев, академик РАН, президент Центра имени Дмитрия Рогачева.

"Не думаю, что это правильно, когда врачи собираются уходить. А лечить кто будет? Этически Национальная медицинская палата такой подход не поддерживает", — заявил Леонид Рошаль директор московского НИИ неотложной детской хирургии и травматологии, президент Национальной медицинской палаты.

Профессиональное сообщество уже откликнулось. Свою помощь — специалистов высокого уровня — предложили сразу несколько онкоцентров Москвы и Петербурга, чтобы подстраховать коллег и взять на себя оставшихся без лечащего врача пациентов. Лишних рук здесь точно не будет. НИИ детской онкологии готовится к переезду, которого ждали четверть века. Новые корпуса почти достроены.

https://www.vesti.ru/doc.html?id=3196646

Вернуться к оглавлению




В чём главная ошибка активистов, сплотившихся вокруг учредителя частного Фонда Г. Менткевича в Онкологическом Центре им. Блохина

Самая главная их ошибка в том, что они, похоже, доверились пиарщикам, которые не смыслят в медицине и не понимают менталитета врачей.

Я думаю, именно поэтому, в PR-атаке на Стилиди и Варфоломееву группой Менткевича-Рыкова-Попы была сделана ставка на эмоциональное общественное мнение, при полном игнорировании мнения врачебного сообщества и при игнорировании логики.
Такое может сработать только в варианте одного-единственного удара, лихой кавалерийской атаки. Но, если атака такого рода результата не дала - начинается процесс военного поражения.

Но мнение профессионального сообщества в медицине крайне важно. Особенно, если ты не участковый терапевт из поликлиники, а специалист очень узкой специализации.

Можно входить в какую-то научную школу и воевать в её составе с другой научной школой. Это сплошь и рядом.

Но собраться небольшой кодлой не представляя из себя явного, признанного безоговорочно медицинского светила и начать врать, по методичкам навальнят - это какая-то рафинированная глупость.

А Георгий Менткевич, по моим данным, полученным из среды специалистов в онкогематологии, представляет собой неплохого врача - но не более того.

Менткевич, по мнению коллег-гематологов из разных медицинских учреждений, слишком давно и сильно "окуклился" и "забронзовел" в своём отделении, пользуясь тем, что его бывший начальник - Мамед Алиев - не был гематологом.
В такой ситуации очень удобно провозгласить себя великим. Да хоть Величайшим, Сиятельным или даже Бриллиантовым! Это не вопрос.

Но есть одна загвоздка: если заниматься провозглашением себя, вместо явных научных достижений - неизбежно обнаружишь, что мир ушёл вперед. И что этому миру плевать, кем ты себя провозгласил - он оценивает по результатам.

Именно поэтому, врачебное сообщество неодобрительно восприняло ситуацию, когда Менткевич и несколько его приятелей решили шантажировать своим уходом руководство Минздрава.

Дело в том, что специалисты в голос говорят: "Если Менткевич уйдёт - пациенты точно не проиграют. Вместо него придет врач такого же уровня, потому что они есть в Москве. Их немного, но их и не надо много, их просто достаточно. Однако этот врач - который придет вместо Менткевича, если тот уволится - будет лечить более современными методиками, потому что, пока Менткевич почивал на самопровозглашенных лаврах, специалисты других центров шли вперед, внедряя и нарабатывая опыт новых методов лечения".

Именно поэтому, когда Менткевич, Рыков и еще несколько примкнувших к ним товарищей начали запугивать ещё и родителей больных детишек - они потеряли, по мнению специалистов, последние позиции во врачебной среде.

Ну нельзя, будучи средним, или даже несколько выше среднего (но отнюдь не гениальным) доктором, заявлять, что твой уход - якобы катастрофа для маленьких пациентов. Нельзя!

Точно так же, как на тех, кто занимается откровенными, наглыми поборами, во врачебной среде смотрят косо - как бы ни удивительно это было для многих пациентов, живущих стеретипами.

А дальше понятно, что произошло: журналисты, врачи других специальностей и просто пациенты, которые поумнее, пошли к специалистам спрашивать: какова реальная степень трагичности в случае ухода Менткевича и нескольких его приятелей?
И быстро выяснили, что это вообще никакая не катастрофа для пациентов.

Но на этом фоне пиарщики навальнят продолжали (и пока еще продолжают) бить чечётку. у них свои задачи для них Менткевич, Рыков и Попа - даже не временные попутчики, а расходный материал.

Перспективу "активистов" предсказать несложно: постепенно всё большее количество журналистов и обычных людей начнет понимать, что уход таких специалистов - не трагедия, но вот уход врачей с такими сомнительными морально-нравственными принципами - как бы вообще не счастье для пациентов.

Да и информация о том, что Иван Стилиди работает в Центре Блохина с 1981 года и вырос там от санитара до гениального хирурга, профессора и членкорра - тоже станет известна, вне всяких сомнений.
Понятно станет всем, что Стилиди знает как облупленных и Менткевича, и Рыкова, и Попу, и прочих "повстанцев". Ему лапшу по ушам не развесишь.
И министру Скворцовой не развесишь.
А Песков - который в Кремле - не гематолог и вообще не врач, но опытный аппаратчик, поэтому он эту лапшу с ушей снял заранее - и адресовал всех к Скворцовой.

Ну потратят те, кто выступают на стороне Менткевича, еще пару десятков тысяч долларов на эту кампанию (исхожу из того, что ряд порталов, которые пишут гадости про того же Стилиди, известны как пишущие исключительно гадости и исключительно на платной основе).

Может, конечно, у Менткевича с товарищами какие-то особые связи и им делают это бесплатно, я не в курсе.
Но, ОК, предположим, что они бесплатно всё получают (практически невероятно, но вдруг).
Хорошо - в таком случае потратят они на эту борьбу еще силы и время.
А от них будут всё больше отворачиваться - потому что, фактура, безусловно, станет появляться. И эта фактура точно будет не в их пользу, она их неправдивость начнет обнажать. Вот,примерно как тут:



Вот и всё.

Знаете, что в сухом остатке через год останется? Я думаю, останется примерно так: "А помните, как коррупционную помойку, в которую стремительно превращался Центр Блохина, разгоняли, а кто-то из тех, кто во времена бардака и коррупции, может, взяток и не брал, но уж точно себя хорошо чувствовал, пытались огрызаться"?
Мне так кажется.

Вернуться к оглавлению



Эксперт высказал мнение, что методики, применявшиеся у Георгия Менткевича в Центре им. Блохина — устаревшие (и не самые безопасные). И аргументировал своё мнение


Информационное агентство «Европейско-азиатские новости» опубликовало мнение признанного эксперта в гематологии Трахтмана Павла Евгеньевича, доктора медицинских наук, заведующего отделом трансфузиологии, заготовки и процессинга гемопоэтических стволовых клеток, врача-гематолога (Центр им. Дмитрия Рогачева).

Эксперт подверг резкой критике методы, используемые в подразделении Георгия Менткевича как, по его мнению, устаревшие и не самые безопасные.

«Некоторые специалисты уверены: методы, применяемые врачами на Каширке, уникальны только потому, что уже не используются в современной медицине», — сообщало агентство ЕАН.

Мы связались с Павлом Евгеньевичем Трахтманом и попросили его более развернуто обосновать его позицию.
Приводим комментарий доктора Трахтмана полностью:

«Инновационность методов трансплантации гемопоэтических стволовых клеток и клеточной терапии может оцениваться только в ходе сравнительных исследований с включением достаточно большого числа пациентов, и подтверждается мнением профессионального сообщества.

Большинство используемых в отделении ТКМ НМИЦ онкологии им Блохина технологий были разработаны мировым трансплантологическим сообществом более 10 лет назад. За этот период времени были разработаны, и подтверждены в ходе достоверных рецензируемых клинических исследований новые методики (иммунологические, молекулярно-биологические, фармакологические и др.), использование которых привело к значительному улучшению долгосрочных результатов лечения у детей с онкогематологическими заболеваниями.

К сожалению, своевременного внедрения этих технологий в практику работы отделения ТКМ НМИЦ онкологии им Блохина не произошло. Более того, ряд используемых «инноваций», такие как фармакологическая модификация трансплантата при проведении гаплоидентичных ТГСК, эндолюмбальное введение донорских клеток, не имеют подтверждения своей эффективности, доказанной в ходе соответствующих по качеству исследований.

Даже скромное количество пациентов позволяет сделать вывод о неприемлемом профиле токсичности проводимой терапии, что также вносит свой вклад в результаты лечения.

Общепринятой в настоящее время практикой являются попытки снизить токсичность и число поздних осложнений, связанных с развитием РТПХ и сопутствующей ей иммуносупрессией. Разработанные технологии клеточной терапии, применение таргетных препаратов, мониторинг иммунологической реконституции и минимальной остаточной болезни позволили существенно увеличить выживаемость пациентов, за счет снижения посттрансплантационной токсичности и проявлений хронической РТПХ.

Количество выполняемых трансплантаций слишком мало для формирования обоснованных выводов об эффективности используемых методов лечения и сопроводительной терапии и не позволяет рекомендовать их к дальнейшему использованию. Отсутствие опубликованных данных о катамнестическом наблюдении не позволяют оценить долгосрочные результаты проводимой терапии.

Количество и качество публикаций коллектива НМИЦ онкологии им Блохина, оценивающих результативность проводимого курса лечения за последние пять лет (по данным баз PubMed, РИНЦ) явно недостаточны, не могут претендовать на достоверность в связи с малым числом включенных пациентов, их разнородностью, отсутствием единого протокола терапии и, соответственно, не могут служить подтверждением уникальности применяемых технологий».

Конец цитаты.

Отметим, что тезисы о якобы уникальности и эффективности методов лечения, применяемых в подразделении Георгия Менткевича были, на наш взгляд, одним из основных аргументов, которыми родителей детей убеждали встать на защиту «активистов». Разумеется, родители был обеспокоены тем, что их дети не получат эффективного, уникального лечения.

Но, если уважаемый доктор Трахтман прав в своем мнении — может сложиться ощущение, то родителями, вероятно, манипулировали, играя на их родительских чувствах и на страхе за судьбу детей.

Мы будем следить за развитием событий.

http://www.intermonitor.ru/ekspert-vyskazal-mnenie-chto-metodiki-primenyavshiesya-u-georgiya-mentkevicha-v-centre-im-bloxina-ustarevshie-i-ne-samye-bezopasnye-i-argumentiroval-svoyo-mnenie/


Вернуться к оглавлению



Враньё активистов Онкоцентра им. Блохина войдет в учебники: Онкоцентр раскрыл официальные зарплаты  врачей

Озвученная одной из медсестер Национального медицинского исследовательского центра (НМИЦ) онкологии имени Блохина информация о том, что ей и ее коллегам начисляется зарплата от 2 тыс. до 5 тыс. руб., не соответствует действительности, говорится в поступившем в “Ъ” пресс-релизе онкоцентра. Там заявили, что средняя зарплата составляет 81,8 тыс. руб., а минимальная — 39, 1 тыс. руб.

«Одна из медсестер, называющая суммы, начисленные ей, а также другим медсестрам в НМИЦ за месяц от 2 тыс. до 5 тыс. руб. распространяет ложную информацию, уменьшая свою зарплату в десятки раз. Мы могли бы предоставить точные суммы начисленной за 2019 год заработной платы этой сотрудницы, что явилось бы лучшим доказательством лжи. Однако мы действуем в рамках закона и не можем разглашать персональную информацию. Если героиня видеоролика даст согласие, мы готовы публично прокомментировать каждую ее выплату помесячно»,— говорится в пресс-релизе.

Пресс-служба указала, что в текущем году зарплата у среднего медицинского персонала в НИИ детской онкологии и гематологии варьируется от 39,1 тыс. до 124,5 тыс. руб., средняя зарплата составляет 81,8 тыс. руб. Врачи в отделении получают от 64 тыс. до 341,5 тыс.руб., средняя зарплата — 156,4 тыс. руб.

«По поводу появившейся информации о том, что 50 медсестер НИИ детской онкологии и гематологии собираются уволиться, поясняем: в НИИ детской онкологии и гематологии работает 84 медсестры. Все они работают в штатном режиме, заявление об увольнении поступило от одной медсестры»,— добавили в пресс-службе центра.

https://www.kommersant.ru/doc/4118785


Вернуться к оглавлению



Зарплаты в Онкоцентре им. Блохина: На чем манипулируют "активисты" вместе с навальнятами


Там, как мне удалось на данный момент узнать, есть два момента, на который решили опереться пиарщики навальнят из "Альянса врачей" и "активисты".

1. Зарплата в Онкологическом Центре Блохина начисляется в несколько этапов. Стимулирующая часть - позже основной.
Поэтому, можно взять квиток и там будет 13 тыс. Если не показывать второй - еще тысяч так на 90 - выглядеть будет ужасно.

2. В июле у них реально был провал, связанный со сбоем в финчасти. Там выдали маленькие суммы (в частности, примерно наполовину урезали стимулирующие выплаты, разово и "в моменте"). Потом стали восстанавливаться. Если показать опять же часть квитков - будет тоже ужасно.

На этом они и пытаются играть, похоже.


Вернуться к оглавлению



Онкоцентр им. Блохина: Информация из первых рук. Интервью Ивана Стилиди "Известиям"

рсональные данные пациентов. Это не так: кроме счетов-фактур мы никаких сведений компании «Русский доктор» не передавали.
Развитие экспорта медицинских услуг — востребованное направление, но его правовая сторона недостаточно отработана. Наш центр был одним из первопроходцев. Потом оказалось, что нам нельзя устанавливать цены для иностранцев выше, чем для россиян. Это не совсем понятно: нужно пациента привлечь, сделать визу, привезти сюда, встретить. Минздрав сейчас отрабатывает эту процедуру, но пока мы получили предписание прокуратуры прекратить с компанией «Русский доктор» всякое взаимодействие. Мы и прекратили. Они уже не арендуют у нас помещение, и мы не поддерживаем с ними связь. Может быть, временно.

— «Русский доктор» был единственной компанией, которая рекламировала ваши услуги?

— Не единственной, но основной.


— Ваши сотрудники говорят, что онкоцентр испытывает глубокий финансовый кризис. Это так?

— Я бы не назвал это кризисом, но есть существенные проблемы. Чтобы содержать научных сотрудников, врачей, мы увеличили число операций на две с половиной тысячи в год, число больных, получивших лекарственное лечение, — на три тысячи человек. Но чтобы выдерживать показатели на должном уровне, необходимо сокращать штат. Это очень сложная задача,


потому что здесь нужно резать по живому. Пострадают в первую очередь возрастные сотрудники, которые были нашими наставниками. Поэтому стараемся изменить организацию лечебного процесса так, чтобы сохранить коллектив. По согласию сотрудника возможен перевод на полставки.

— Много таких людей?

— Больше тридцати.

— А что за история с переводом на полставки остальных врачей?

— Нас в этом обвинять не надо. Мы единственное, может быть, учреждение, которое не переводило всех на полставки волевым методом.

— Когда вы рассчитываете решить материальные проблемы?

— До конца декабря этого года. Мы приняли меры. Я обратился к министру здравоохранения с просьбой поддержать нас в сложный период, чтобы мы сохранили фонд оплаты труда. Идет скрупулезная работа над составлением плана финансовой деятельности на следующий год, а это — основа основ жизни бюджетного учреждения. Я уверен, что мы не повторим ошибок в расчетах.

— Кроме подписания восьми заявлений об уходе, вы планируете дополнительные сокращения?

— Я даже этих увольнений не планировал, просил сотрудников остаться. Я не планирую увольнять ни врачей, ни сестер. Если вдруг такая волна еще поднимется, я буду беседовать со всеми, кто еще принесет заявления, о возможности продолжения работы в центре.


Никого я не увольнял за полтора года своей работы на посту директора, кроме, наверное, двух десятков человек, которые портили лицо онкологического центра, заложенного Николаем Николаевичем Блохиным.

Эти люди занимались поборами, продавали больным лекарства, и я попросил их покинуть учреждение. Это открытое хамство по отношению к пациентам и их родственникам, что неприемлемо для нас. Для сотрудника онкоцентра духовная составляющая должна быть не ниже профессиональной.


— Центр на Каширке всегда имел славу места, где существуют негласные «тарифы» — и немаленькие — на все услуги. Вы уверены, что избавились от этого явления?

— Если бы я был в этом уверен абсолютно, я бы мог почивать на лаврах. Это процесс долгий, неимоверно тяжелый. Но я считаю, что за полтора года мы достигли определенного результата, порушив эти схемы, открыв двери. И будем неукоснительно продолжать это делать.

— Вы согласны с административными шагами, которые сделаны новым директором НИИ детской онкологии и гематологии Светланой Варфоломеевой?

— У меня нет ни одного факта, что Светлана Рафаэлевна вела себя с коллективом неподобающим образом, что ее требования были неприемлемыми. Я ни разу не пожалел, что пригласил ее, и настаиваю, что это спланированная акция моих оппонентов — именно моих, а не Светланы Рафаэлевны.

— В таком случае как вышло, что конфликт разгорелся именно с ее появлением, хотя, по идее, должен был начаться полтора года назад?

— Опытные кукловоды знали, что делают. Я думал, что конфликт разгорится в прошлом году. Значит, всему свое время.

Реакция врачей, возможно, была личной. Им кажется, что они выражают какие-то свои намерения и помыслы, а на самом деле они были управляемы.


— Вы уже потеряли пять врачей. Есть риск, что уйдут еще несколько. Как вы планируете закрыть вакансии?

— Из детского института уходят достаточно опытные врачи. Но не уникальные, как они рассказывают, надев на себя «корону». Технологии, по которым они работали, устарели.

Плохо, что они ушли, и практически разом — с этого понедельника. Мы были вынуждены обеспечивать отделение всеми новыми специалистами. Я обратился за помощью к главному детскому онкологу-гематологу Александру Румянцеву, другим коллегам. Есть график, по которому все вакансии будут прикрыты. У нас дежурит врач из РДКБ, трех врачей мы перевели из института детской онкологии в отделение трансплантации.


— Действительно ли разница между зарплатами медицинского и административного персонала так велика?

— Зарплата моих замов и моя лично — ниже, чем у многих уже ставших известными врачей из отделений трансплантации костного мозга и химиотерапии гемобластозов.

— Кстати, зачем вам столько замов? На сайте онкоцентра их больше десяти.

— У нас есть директора, с которых я снял полномочия замов, но дожидаюсь решения Минздрава, чтобы внести изменения в устав. А настоящих замов у меня семь на пять институтов — на три с половиной тысячи человек, на 300 тыс. квадратных метров.

Что вас так замы пугают? Они получают 220 тыс. рублей в месяц. У врачей зарплаты разные: от 160 до 300 тыс. рублей. Директор института получает 180 тыс. рублей.

— Где вы будете искать кадры для нового детского корпуса?

— Это будут молодые люди, которые сейчас проходят обучение. Никто тебе так просто не отдаст квалифицированного работника. Но я надеюсь привлечь к работе несколько ключевых сотрудников.


— В чем будет ваше конкурентное преимущество?

— Я считаю, что лидерами в детской онкогематологии, безусловно, является центр Дмитрия Рогачева, а мы сильны в хирургическом лечении больных с солидных образований — это мягкотканные, костные саркомы, опухоли брюшной, а также грудной локализации. Здесь мы лидируем на всем федеральном пространстве.


— Чем подкрепляется первенство? Специалистами, техникой?

— Профессиональной школой. И современным оборудованием.

https://iz.ru/930422/valeriia-nodelman/nikogo-ia-ne-uvolnial-krome-dvukh-desiatkov-chelovek

Вернуться к оглавлению



Онкоцентр им. Блохина увеличил количество операций на 2500 в год. Как? И при чем тут коррупция?


В интервью "Известиям" директор Онкоцентра им. Блохина сказал: "Мы увеличили число операций на две с половиной тысячи в год".

Я заинтересовался вопросом, за счет чего он это сделал. Когда выяснил - дописал в заголовок: "И при чем тут коррупция?".

Итак.

Мои источники, которые, в силу доступа к информации внутри Онкоцентра им. Блохина, рассматриваются мною как достоверные и информированные, сообщают следующее.

В ФГБУ НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина была организована искусственная очередь на госпитализацию. С вполне конкретными целями: брать поборы за ускорение прохождения очереди. Понятно же, что в онкологии все хотят попасть на операцию как можно быстрее.

Когда Стилиди стал разбираться в причинах очередей - оказалось, что пациентов обследуют уже после госпитализации, а затем стараются притормозить выписку: например, со среды переносят на пятницу, а в пятницу говорят: "Ой, уже поздно - давайте, в понедельник выпишем".

Но при уменьшении "оборота койки" (это показатель такой) у Центр становится меньше денег, потому что пролечено меньше больных.

Стилиди, будучи опытным хирургом, оценил ситуацию и перенес обследование на догоспитальный этап - в поликлинику. И стал внимательно относиться к тому, чтобы пациента выписывали, как только ему позволяет состояние здоровья, а не "когда наступит следующий понедельник".

В результате очереди просто исчезли и даже появились свободные койки. А количество операций увеличилось на 2500 в год.

Пострадали, разумеется, те, кто пытался зарабатывать на продаже ускорения прохождения очередей. А выиграли Центр и пациенты.
И, кстати, сотрудники тоже выиграли: рассказывая о провале с зарплатами в июле (это правда, провал был), "активисты" умалчивают, что зарплаты существенно выросли в прошлом году. Так вот, выросли они, в том числе, и за счет этого самого ускорения оборота койки, воплотившегося в 2500 операций, т.к. в ФГБУ НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина стали поступать дополнительные деньги.

По той же причине - что деньги, вместо кассы ФГБУ НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина частично поступали в Фонд Менткевича, и возникли претензии к этому Фонду. Часть пациентов действительно может быть профинансирована только из Фондов - к примеру, при пересадке донорского костного мозга зарубежным материалом, или пациенты из-за рубежа. Но часть - российские пациенты, с патологией, которую Минздрав финансирует.
И, когда такие пациенты оплачены Фондом, Центр онкологии средств, которые можно было бы тратить на ремонты и оборудование (а не только на зарплаты врачей) недополучает.
Ну, а упорное желание финансировать таких пациентов из Фонда, вместо того, чтобы получать на них квоты - закономерно вызывает предположения какой-то личной заинтересованности учредителя Фонда Менткевича.
Особенно, принимая во внимание, что именно Менткевич, как говорят в руководстве Центра, должен подавать заявки на квоты (потому что он зам. директора) - но при этом Рыков в своих интервью заявляет, что, якобы, Менткевич не влиял на получение квот.


Вернуться к оглавлению



Опубликованы зарплаты четверых "страдальцев от низких зарплат" в Центре Блохина. И их схематоз тоже


Это 2019 год. Зарплаты тех самых "активистов", которые с навальнятами из "Альянса врачей" видеообращения записывали и интервью раздавали - о том, как у них всё плохо и безденежно в Центре.
Фамилий и должностей нет (из-за Закона о персональных данных), но и без этого понятно, что у нас полстраны с радостью согласилось бы так "страдать":



- А что с зарплатами-то?

- Мы понять не можем, где Рыков и Менткевич взяли те квиточки, что теперь показывают миру. Обратите внимания, в них нет ни фамилий, ни табельных номеров. Но это наши ведомости, да. И в них указаны либо зарплаты сотрудников сразу после отпуска, или специалистов хозблока, работающих на полставки. Те цифры в 500 000 лояльным, как они говорили сотрудникам, на самом деле были стимулирующими выплатами на целый отдел из 5 человек. Ведомости же врачей из отделений химиотерапии гемобластозов и трансплантации костного мозга, зарплата которых доходила в некоторые месяцы до 600 000 рублей, ни Рыков, ни Менткевич не показывали никому.. На днях в СМИ показали медсестру с квиточком о зарплате 5 000 рублей. Нам самим стало интересно, мы подняли ведомости. Эта женщина (ФИО разглашать нам нельзя, так как это персональные данные) только вышла из отпуска, пять дней проработала. Ее оклад 66 000 рублей. - говорит Кукушкина.


Понятно, почему эти "исстрадавшиеся" активисты сами свои квитки не выкладывали, правда?

А о том, почему в Интернете есть квитки на 13 тысяч, якобы, много месяцев выплачиваемые, из-за чего скоро все зубы на полку положат, я уже рассказал тут.



КРОМЕ ТОГО - ИЗ ТОГО ЖЕ МАТЕРИАЛА "КОМСОМОЛКИ":


В бунте врачей оказались замешаны большие деньги и серые схемы

Один из специалистов, устроивших скандал в НИИ им. Блохина, возглавлял фонд, оплачивающий операции больных детей, хотя квоты позволяли их делать за государственный счет [эксклюзив kp.ru]


- Признаюсь вам честно, я работаю в онкоцентре с 1981 года, и когда заступил на должность директора в ноябре 2017, то мне казалось, что я знаю о своем учреждении абсолютно все, - рассказал руководитель центра Иван Стилиди. - Но сейчас, спустя 1,5 года понимаю, что многого не знал. А кое о чем даже не догадывался. Менткевич, например, был моим, не скажу, что другом, но товарищем. Самое для меня удивительное, что он с самого начала этого конфликта ни разу ко мне не пришел и не рассказал о противоречиях с новым директором. Сразу написал президенту! Это не коллегиально, не этично и просто-напросто не по-мужски. Сейчас он и Рыков распускают слухи, что я мешаю им устроиться на работу, якобы обзванивая руководителей других медучреждений. Это ложь! Это абсолютно неприемлемо для меня!

- Сколько на сегодняшний день подано заявлений об увольнении?

- Всего 8, среди них Менткевич, Попа, Рыков, Субботина и другие. Я подпишу их все. Больше никаких других заявлений не поступало. Чтобы вы понимали, НИИ «Блохина» - это пять институтов, три из которых клинические (где лечат больных — ред.). Это 3500 сотрудников. В детском Институте работает 135 человек.


.............

Фонд раздора

- А что там с фондами не так?

- Да, это самая главная причина, которая и спровоцировала этот взрыв, - говорит Стилиди. - Расскажите, Светлана Рафаэльевна.

- Отделение трансплантации костного мозга в год может выполнять до 70 операций по пересадке. Но почему-то заявок на квоту в Минздрав поступало всего 20.

- А остальные операции проводились за счет благотворительного фонда, - снова вступает в разговор Стилиди. - Хотя мы могли справиться сами, просто вовремя подавая заявки на квоты и получая деньги на операции от государства. Вместо этого создавалась истерия, что вот лечить не на что, давайте соберем всем миром. Отмечу, что в благотворительных фондах нет ничего плохого. Все с ними работают и это большое подспорье. И я за, и все за то, чтобы они работали там, где это необходимо. Но здесь оказалась скрытая часть айсберга. Как только Варфоломеева объявила о том, что со следующего года мы переходим на лечение пациентов по квотам государственного задания и точно получим финансирование, вот тут и началась информационная атака на Варфоломееву, а затем и на весь Онкоцентр, ото всюду полилась ложь.

- В чем выгода врачей от операций, оплаченных фондом, не понимаю?

- Дело все в том, что фонды сами в своей смете закладывают оплату работы врачей, - вступает в разговор начальник отдела организации оплаты труда Анастасия Кукушкина. - Зарплаты заложены в их смете. И они в несколько раз выше тех, которые предусмотрены стандартами Минздрава.

- Получается 20 проводили за счет Минздрава, а 50 за счет фондов?

- Именно! То есть 65 %!

- При этом благотворительный фонд «Настенька», который активно сотрудничал с детским Институтом, им руководил сам Менткевич. То есть фактически он привлекал средства граждан, из которых сам платил себе и своим товарищам. Вот так.


Лекарства, зарплаты, бюрократия и все-все

- Еще одна непонятная деталь. Выяснилось, что для исследования функции сердца всех детей почему-то отправляли в другое учреждение. Это для семей стоило 5 800 рублей (не маленькая сумма для региональных пациентов).

- Видимо, в этом тоже была определенная выгода, - добавляет Стилиди. - И теперь, с приходом Варфоломеевой, такое же исследование делают у нас в НИИ «Блохина» бесплатно.

- Разные детали всплывают теперь. Из прессы (родители давали интервью) выяснилось, что лекарства, которых нет в РФ, но которые необходимы для лечения лейкозов у детей, родители закупали сами. Я впервые такое вижу, потому что во всех других клиниках их предоставляет бесплатно фонд «Подари жизнь». Только у него есть лицензия на закупку и ввоз в РФ этих препаратов. Как и где родители их покупали сами? Как хранили? И, главное, каким образом купленные непонятно где лекарства вводились в отделение - вообще загадка, - говорит Варфоломеева. - Будем выяснять.


Вернуться к оглавлению



В общем, Минздрав сказал Стилиди слать врунов нах и продолжать вытаскивать Центр Блохина из ямы


Это был смысловой перевод. А в вежливом исполнении это выглядит так:


Минздрав не нашел оснований увольнять нового директора НИИ детской онкологии
При этом комиссия министерства рекомендовала директору НМИЦ онкологии им. Блохина Ивану Стилиди поддержать деятельность Светланы Варфоломеевой

МОСКВА, 10 октября. /ТАСС/. Комиссия Минздрава России не нашла оснований для увольнения Светланы Варфоломеевой - действующего директора Научно-исследовательского института (НИИ) детской онкологии и гематологии, входящего в состав Национального медицинского исследовательского центра (НМИЦ) онкологии им. Блохина. Об этом сообщила в четверг на пресс-конференции в ТАСС глава комиссии, директор департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения министерства Елена Байбарина.




"Комиссия Минздрава не нашла для этого [увольнения Светланы Варфоломеевой] ни малейшего основная, наоборот, мы рекомендуем директору [НМИЦ онкологии им. Блохина Ивану Стилиди] поддержать ее деятельность", - сказала Байбарина.

По ее словам, только пять медицинских работников института из 52 опрошенных комиссией заявили о неблагоприятной обстановке на работе после прихода нового директора, но не представили никаких доказательств этого.

"В письме [пяти онкологов] было написано, что Варфоломеева создала якобы атмосферу страха в институте, что оказывается давление на людей с требованием увольняться. Во-первых, никто не уволился тогда в тот момент, но мы, естественно, встречались с коллективом. Мы встретились с 52 детскими медработниками из этого учреждения. Из них пять человек - именно те, которые подписывали это письмо, писали его президенту и обращались в СМИ с жалобами, - они сказали об атмосфере страха. Больше они говорили о своем человеческом непонимании и нежелании работать с Варфоломеевой, но никаких примеров нам приведено не было", - сказал она.

Байбарина добавила, что остальные сотрудники НИИ сообщили, что не ощущают "атмосферы страха" и запугивания. По словам врачей, Варфоломеева требовательный и строгий директор, однако она не нарушает этических норм при общении с коллективом. "Сотрудники говорили, что воспринимают указания нового руководства как справедливые и направленные на интересы больных. Создания вот такой атмосферы [страха] не увидели", - отметила глава комиссии Минздрава.

Об открытии нового корпуса

Комиссия также порекомендовала ввести электронную историю болезни и ускорить введение в эксплуатацию нового корпуса детского учреждения.

"Мы будем рекомендовать Ивану Сократовичу Стилиди усилить работу и ввести электронную историю болезни и вообще электронную информационную медицинскую систему - это очень важно. Принять исчерпывающие меры для скорейшего введения в эксплуатацию нового корпуса [НИИ детской онкологии и гематологии]", - сказала Байбарина.

Она добавила, что члены комиссии из Ростова и Санкт-Петербурга обошли все палаты НИИ детской онкологии и гематологии, но "каких-то совершенно катастрофических условий" не выявили. "Условия должны быть лучше в современном мире. Часть помещений, где выявлены проблемы с санитарно-эпидемическим благополучием, закрыты на ремонт", - отметила она.

Байбарина рассказала, что строительство нового корпуса обошлось примерно в 16 млрд рублей, его планируют ввести в эксплуатацию в декабре 2019 года.

"Будет перераспределение [в штатном расписании] с учетом нового корпуса. Он [площадью в] 100 тыс. кв. м, он стоил 16 млрд рублей, и здесь, конечно, понадобятся новые сотрудники <…> В конце декабря здание должно быть введено в эксплуатацию", - сказала она.

https://tass.ru/obschestvo/6983156

Россия24



Вернуться к оглавлению



"Уникальные" методики Менткевича оказались скорее "раритетными"? Мир ушел вперед, а он остался?

По сути, Минздрав подтвердил мнение эксперта, которое мы публиковали.

Минздрав выявил нарушения в работе НИИ детской онкологии

В лечебном учреждении до середины 2019 года использовали неэффективные протоколы лечения, отметили в комиссии министерства


МОСКВА, 10 октября. /ТАСС/. Комиссия Минздрава России провела внеплановую проверку работы Научно-исследовательского института (НИИ) детской онкологии и гематологии, входящего в состав Национального медицинского исследовательского центра (НМИЦ) онкологии им. Блохина, и выявила нарушения в оказании детям с онкологическими заболеваниями медицинской помощи. Об этом сообщила на пресс-конференции в ТАСС глава комиссии, директор департамента медицинской помощи детям и службы родовспоможения Минздрава России Елена Байбарина.

"Все врачи детальнейшим образом провели обходы, изучили истории болезней как больных, которые лежали до прихода нового директора, так и после. К сожалению, они выявили очень серьезные нарушения, которые требуют скорейшего искоренения", - сказала она.

Как пояснила Байбарина, комиссия Минздрава была создана после того, как восемь сотрудников НИИ детской онкологии и гематологии обратились с письмом к президенту РФ Владимиру Путину. Основным тезисом, изложенным в обращении, было недоверие к новому руководителю института Светлане Варфоломеевой. "В письме было сказано, что в отделении сложившаяся лечебная практика высокого уровня, которую хочет нарушить, разрушить или как-то испортить директор новый Светлана Варфоломеева. Это очень серьезные обвинения", - рассказала председатель комиссии.

Неэффективное лечение

Комиссия выявила, что детей в НИИ до середины 2019 года лечили по инновационным протоколам, в отношении которых при этом доказана неэффективность, сообщил член комиссии, главный внештатный гематолог Минздрава Александр Румянцев.

"Люди, которые работали там, они использовали инновационные протоколы, но по которым доказано, что они неэффективны, что мир ушел далеко вперед, что каждый протокол, который вводится, новый, он должен пройти этический комитет", - сказал он.

По его словам, ряд нарушений также был выявлен в части оформления медицинской документации. По результатам работы комиссии было также установлено, что требования нового руководства были обоснованы.

https://tass.ru/obschestvo/6983005


Вернуться к оглавлению



Что упускают из виду журналисты, оценивая конфликт по линии "Менткевич-Попа vs Варфоломеева-Стилиди"

В медицинских академиях гематология почти не преподаётся. Цикл гематологии там очень короткий и позволяет понимать её общие принципы, а также - когда надо отправить пациента к гематологу.

У меня Красный диплом Свердловского мединститута от 1989 года и я провел в медицине в общей сложности 11 лет, успев даже окончить Клиническую ординатуру по терапии, поэтому знаю, что говорю в этом плане.
Это уже потом, в середине 1990-х я ушел из медицины в бизнес, получил второе высшее образование - экономическое, защитил кандидатскую диссертацию по экономике, и стал специализироваться, в силу исторических причин на Конкурентной разведке.

А онкогематология - еще более узкая и экзотическая специализация, о которой у обычного доктора еще более общие представления. Вглубь методик лечения обычный доктор не может забраться.

Это очень важно понимать для оценки конфликта по линии "Менткевич-Попа vs Варфоломеева-Стилиди" - и вот почему.
Центр им. Блохина состоит из нескольких Институтов. Один из них - детская онкология.

А в нем, в свою очередь, есть те, кто лечит "сОлидные" опухоли - т.е., такие, которые, в очень упрощенном представлении, можно потрогать руками, которые имеют геометрические границы, и которые можно вырезать или прицельно облучить (solidum, в переводе с латыни - "плотное вещество", "нечто твёрдое ") и те, которые затрагивают кровь. Во втором случае, образно говоря, опухоль "везде и нигде конкретно".

Вот этими вторыми опухолями и занимаются онкогематологи.
А всеми остальными занимаются не онкогематологи.

Онкогематологических пациентов не так много, соответственно и врачей-специалистов тоже немного. Их в Москве достаточно (что и позволяет заменить хлопнувших дверью "активистов"), но их немного в арифметическом смысле.

Кстати, говоря о хлопнувших дверью -там же есть и Рыков к примеру, который скорее администратор, и есть молодые врачи, которые только начали свой путь и совсем уж квалифицированными спецами не стали (вроде эффектной блондинки, которая собрала лайки пронзительным текстом, поразительно похожим по стилистике на тексты директора фонда "Настенька"). Но это к слову - чтобы картина была понятнее.

Так вот, директором Института Детской онкологии, входящего в состав Центра Блохина долгое время был не гематолог Мамед Алиев. Господина Алиева считали правой рукой предыдущего директора, и он ушел вслед за предыдущим директором.
Потом был период, когда подыскивали руководителя вместо Алиева - там был временно исполняющий обязанности уважаемый академик - тоже, насколько я понимаю, не гематолог. Да и временное исполнение обязанностей - это, по сути, поддержание системы в работоспособном состоянии, решение наиболее критичных проблем.

И Менткевич в этой очень-очень многолетней ситуации был, во многом, предоставлен сам себе. Бесконтрольно по профессиональной части.
Это немного похоже на то, как единственный сисадмин в организации может объявить себя носителем важных знаний - зная, что никто это не проверит.

И, напомню, что онкогематология в Центре Блохина - это маленький кусочек работы, так сказать, "в уголке" Центра.

А есть в Москве целый Центр онкогематологии. Он так прямо и называется: "Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии имени Дмитрия Рогачева".
по сравнению с масштабами Менткевича - просто гигант. И в этом гиганте, понятно, есть онкогематологи.

Вот и получилось: в Центре Рогачева есть онкогематологи, их довольно много - и методики лечения активно развиваются, а в центре Блохина методики развиваются в негематологичеких направлениях.
А онкогематология в "Блохина" варится, во многом, в собственном соку.

Менткевич в этой ситуации, образно говоря, "забронзовел". Ну или "замшел" - если больше нравится.
В общем, на мой взгляд, в отсутствие контроля по профессиональной линии и конкуренции по ней же, Георгий Людомирович замедлился в научном развитии - вплоть, возможно, до полной остановки (по крайней мере, если читать мнение эксперта конкретно в онкогематологии - именно такое мнение складывается).

И вот Иван Стилиди пригласил руководить детской онкологией Светлану Варфоломееву. А она, помимо того, что неплохой организатор - на беду Менткевича еще и онкогематолог.

Дальше стало развиваться то, что примерно описано в известной сказке"Новое платье короля", с его знаменитой фразой: "А король-то голый"!
Не совсем так, конечно, но похоже.

А еще, Варфоломеева отлично знает, на что у государства именно в онкогематологии квоты есть, а на что нет.

И у Менткевича получился "абсолютный шторм": его подвергли критике и за то, что он квоты недополучает и за методики лечения, которые, как считают эксперты (а не только Варфоломеева) устарели и менее эффективны, чем современные, но при этом более токсичны.

Да тут еще Варфоломеева стала интересоваться фондом "Настенька" (как раз вникая в причину, почему квоты не получают в должном количестве).
А потом еще и добралась до бокса с плесенью.

Тут надо понимать, что дети в отделении, где пересаживают костный мозг, имеют очень слабый иммунитет. Их нельзя к грибкам, они могут от грибковой инфекции погибнуть.
Варфоломеева, судя по материалам СМИ, требовала бокс закрыть на ремонт. но бокс - это деньги, пока он работает. И его не закрывали, вопреки требованию.

А дальше, как я понимаю, у кого-то из этой компании, в которую входят четверо "активистов", записавших видеообращение (вероятно, у Рыкова - он самый активный в качестве "говорящей головы"), в приятелях нашелся пиарщик, который предложил "рульнуть". И, судя по методам, а также площадкам, этот пиарщик был из навальнят.

Обиженные (и опасающиеся попасть под уголовку за плесень в боксе - особенно если окажется что действительно есть погибшие от грибка дети) онкогематологи полезли в бутылку. И, так сказать, "застряли в горлышке": когда выяснилось, что врать можно лишь до определенного момента, а потом начнут подвергать исследованию каждое их заявление.
И они посыпались, как карточный домик.
А то, как они попытались свалить плесень на Варфоломееву и Стилиди, в краткосрочной перспективе, может, и работало, но наверняка будет побито предъявлением документов, из которых следует что как раз Варфоломеева и нашла плесень в боксе, а не развела её там (да и не успела бы она, придя в июне).
Вот и получается, что эта плесень сейчас сработает против "активистов" - в плане доверия к ним точно, но, возможно, даже и в уголовно-правовом смысле.

Вот так на данный момент у меня складывается картина. Но пока это не окончательный вариант, надо еще разбираться в этой части.

Наблюдаем


Вернуться к оглавлению




Максим Рыков (Онкоцентр им. Блохина) и любопытный переход актива в единолично частные руки


Максим Рыков, напомню, это основная "говорящая голова" "активистов" из Центра им. Блохина. Это именно господин Рыков активно раздавал всевозможные интервью, официально находясь на больничном.

Это именно господин Рыков рассказывал, что Георгий Менткевич якобы не мог влиять на получение квот для лечения детей и, мол, поэтому их операции финансировались из Фонда "Настенька" - тогда как в Центре им. Блохина говорят, что Менткевич как зам. директора как раз и должен был подавать заявки на квоты.

И это господин Рыков был в числе той четвёрки "активистов", которые рассказывали об ужасах в Онкоцентре им. Блохина - в т.ч. о катастрофически низкой зарплате - пока журналисты не опубликовали зарплаты этой четвёрки "страдальцев":

Комсомольская правда, статья "В бунте врачей оказались замешаны большие деньги и серые схемы"



В общем, если кто забыл, как выглядит Максим Юрьевич Рыков, можете освежить память этим видеороликом:

А теперь - к вопросу о переходе актива в единолично частные руки




Есть в России уважаемое собрание специалистов детской онкологии. Называется Общероссийская общественная организация «Российское общество детских онкологов» (РОДО).

И есть журнал "Онкопедиатрия", издающийся с 2014 года. Еще недавно на обложке этого издания было указано, что его учредитель - «Российское общество детских онкологов»:


Онкопедиатрия 2.png



При прочтении информации, размещенной на момент выхода этого материала  на сайте журнала "Онкопедиатрия", также создавалось устойчивое ощущение, что журнал принадлежит РОДО:


Онкопедиатрия 2.png


И на сайте Центра им. Блохина информация тоже говорит на момент выхода данного материала в пользу этой версии о принадлежности издания:


Онкопедиатрия 2.png


Но ощущения ощущениями, а я информацию стараюсь перепроверять. Поэтому, я зашёл на сайт Роскомнадзора. И обнаружил, что совсем недавно - в июне 2019 года журнал "Онкопедиатрия" сменил учредителя. Теперь это физическое лицо - Рыков М.Ю.:

Онкопедиатрия 2.png



Отмечу, что в составе редакции журнала числится заместителем Главного редактора Рыков Максим Юрьевич :

Онкопедиатрия 2.png




И в Общероссийской общественной организации «Российское общество детских онкологов» тоже есть Рыков Максим Юрьевич - согласно данным базы Контур.Фокус, он там Исполнительный директор:

Онкопедиатрия 2.png



Я не знаю, что в июне 2019 года произошло такое, что господин Рыков решил стать единственным учредителем журнала общественной организации - причем как физическое лицо.

Я не знаю, кто ему это санкционировал и как юридически оформил этот переход прав.

Я не знаю также, почему всё это не сопровождается изменением информации на сайте журнала - может, маскировка действий такая, а может, просто некогда было новому учредителю Рыкову подсказать заместителю Главного редактора Рыкову внести изменения на сайт издаия (и на сайт Онкоцентра им. Блохина тоже), а может есть какие-то иные причины.

Но мне такая ситуация кажется заслуживающей отдельного внимания.


Если кто-то хочет конспирологическую версию - она есть. Например, вот эта особенность журнала "Онкопедиатрия" является потенциально весьма коррупционной нишей (цитирую с сайта журнала):

"Входит в Перечень ВАК. Индексируется в базах Ulrich's International Periodicals Directory, WorldCat, РИНЦ, Киберленинка, SOCIONET, BASE, AcademicKeys, ResearchBible, OpenArchives. С 2018 года индексируется в Scopus".

Дело в том, что для защиты диссертации (да и просто для получения прибавки к зарплате) ученым нужны публикации в журналах с такими вот особенностями. И можно бесплатно опубликоваться, но для этого требуется отстоять очередь. А можно убедить влиятельную персону посодействовать преодолению очереди. Есть и издания, которые официально предлагают заплатить за размещение статей.
Станет коррупционная ниша реальной или так и останется потенциальной - зависит от личных качеств этой самой влиятельной персоны...

В любом случае, эта ситуация с "тихой" сменой учредителя ценного издания общественной организации на "физика", на мой взгляд, требует отдельного внимания и самого пристального изучения.


Вернуться к оглавлению




О квотах на лечение онкобольных детей: что стало для "активистов" Онкоцентра им. Блохина триггером к атаке

Сергей Колясников, из поста "Бизнес на больных раком детях в онкоцентре имени Блохина в Москве. Кого защищал Навальный":


-----------------

- А что там с фондами не так?

- Да, это самая главная причина, которая и спровоцировала этот взрыв, - говорит Стилиди. - Расскажите, Светлана Рафаэльевна.

- Отделение трансплантации костного мозга в год может выполнять до 70 операций по пересадке. Но почему-то заявок на квоту в Минздрав поступало всего 20.

- А остальные операции проводились за счет благотворительного фонда, - снова вступает в разговор Стилиди. - Хотя мы могли справиться сами, просто вовремя подавая заявки на квоты и получая деньги на операции от государства. Вместо этого создавалась истерия, что вот лечить не на что, давайте соберем всем миром. Отмечу, что в благотворительных фондах нет ничего плохого. Все с ними работают и это большое подспорье. И я за, и все за то, чтобы они работали там, где это необходимо. Но здесь оказалась скрытая часть айсберга. Как только Варфоломеева объявила о том, что со следующего года мы переходим на лечение пациентов по квотам государственного задания и точно получим финансирование, вот тут и началась информационная атака на Варфоломееву, а затем и на весь Онкоцентр, ото всюду полилась ложь.

- В чем выгода врачей от операций, оплаченных фондом, не понимаю?

- Дело все в том, что фонды сами в своей смете закладывают оплату работы врачей, - вступает в разговор начальник отдела организации оплаты труда Анастасия Кукушкина. - Зарплаты заложены в их смете. И они в несколько раз выше тех, которые предусмотрены стандартами Минздрава.

- Получается 20 проводили за счет Минздрава, а 50 за счет фондов?

- Именно! То есть 65 %!

- При этом благотворительный фонд «Настенька», который активно сотрудничал с детским Институтом, им руководил сам Менткевич. То есть фактически он привлекал средства граждан, из которых сам платил себе и своим товарищам. Вот так.


Это Комсомольская правда, официально зарегистрированное СМИ (там же кстати и зарплатный квиток их есть): https://www.kompravda.eu/daily/27040.4/4104700/

То есть получается, государство готово оплатить 70 квот, но заявка подается только на 20. Потому что отдельным эффективным менеджерам, которые одновременно и учредители фонда, и руководители клиники, хотелось заработать с оставшихся пятидесяти. Лично мое мнение, теперь вариантов два:

1. Менткевич сотоварищи оказываются под следствием, ибо тут хорошо бы выяснить, имела ли место халатность и использование служебного положения.

2. Менткевич сотоварищи подают в суд на Комсомольскую правду и руководство центра за клевету. Но что-то мне подсказывает, что они этого делать не будут.

А Леше Навальному хотелось бы сказать следующее. Если ты, Леша, получил деньги за защиту Менткевича и его людей, то руки у тебя, Леша, в детской крови по локоть. И ни один нормальный человек после такого с тобой на одном гектаре ... не сядет.


-----------------

Конец цитаты


Вернуться к оглавлению





Как так: Минздрав нашел нарушения в Центре Блохина, а Варфоломееву увольнять оснований нет? Отвечаю


После публикации материалов комиссии Минздрава по проверке НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина  многие СМИ пестрели заголовками: "Комиссия Минздрава нашла нарушения в Центре им. Блохина" и "Минздрав не нашел оснований для увольнения Варфоломеевой".

У тех, кто читает исключительно заголовки, возник когнитивный диссонанс. Мне также многие задали вопрос, как такое может быть: нарушения есть, а начальника не выгоняют?

Если на него отвечать совсем коротко, ответ будет таким: "Да, действительно, Минздрав нашел нарушения в Центре им. Блохина. И при этом не нашёл оснований для увольнения Варфоломеевой. Потому что, эти нарушения - у Менткевича, а Варфоломеева их исправляет".

Если надо подробнее - посмотрите это.

Это.

Это.

Ну и вот это:



Вернуться к оглавлению




Смертельно опасные для детей грибы в отделении Попы (в Институте Менткевича). Вот это и вскрыла Варфоломеева


а вскрытие этого, а также за наведение поряда в финансировании операций Варфоломеева и получила беспрецедентную травлю. Вплоть до того, что её выслеживали и травили около дома.
Посмотрев этот репортаж, становится более понятно, почему Менткевич и его "группа поддержки" так подпрыгнуи и забегали. Там же до уголовного дела - один шаг. Или меньше.

Эксклюзив "Вестей":





Вернуться к оглавлению




Менткевич и Фонд "Настенька". Кто там у них реальный Вождь - сообщил сам Георгий Менткевич. Сам!


Я не знаю, как Георгий Людомирович в будущем намерен дальше открещиваться от своей роли в фонде "Настенька". Но у меня нет оснований не верить Георгию Людомировичу на этом фото.
Ведь оно было сделано в мирный, спокойный период, в присутствии и с участием второго учредителя Фонда. И, к тому же, размещено на странице самого Фонда "Настенька".

Спасибо, Георгий Людомирович, что Вы сами показали, ЧТО у Вас под белым халатом.





Вернуться к оглавлению





Георгий Людомирович Менткевич решил поговорить о вранье. Это похвально. ОК, давайте, поговорим

Итак, столкнувшись с тем, что руководитель Онкоцентра им. Блохина Иван Стилиди перестал "обтекать", выслушивая тонны лжи в свой адрес и в адрес Светланы Варфоломеевой и решил начать говорить открытым текстом, "активисты" из Онкоцентра им. Блохина решили пооправдываться.

Само по себе это уже подтверждает, что Стилиди абсолютно верно поступил: пусть рассказывают свои версии в открытом, состязательном противостоянии, а не в монологах.

Кроме того, на мой взгляд, "активисты" стали разделяться. Поскольку проблемы у каждого из них вырисовываются индивидуальные. Кто-то может, на мой взгляд, и под уголовное дело пойти, если окажется, например, что между их попытками помешать ремонту бокса с плесенью (а это смертельно опасные грибы и вскрыла это Варфоломеева) и гибелью ребёнка от грибковой инфекции есть прямая причинно-следственная связь.

Но это мы все вместе увидим по мере развития ситуации. А сейчас давайте поговорим о настоящем.

Вот, прямо вчера на портале "Такие дела" Георгий Людомирович Менткевич попытался полемизировать с интервью Ивана Стилиди "Комсомольской правде".
В частности, как написано на портале, Менткевич заявил: "То, что фонд «Настенька» оплачивает трансплантацию, — это вранье. Значительно больше он оплачивает [процедуры] в отделении онкологии — там, где сложные операции по эндопротезированию...".



У меня такая формулировка вызвала подозрение. ОК, заявление: "То, что фонд «Настенька» оплачивает трансплантацию, — это вранье", - понятно: из текста следует, что, по версии Менткевича, фонд "Настенька" трансплантацию не оплачивал.

Но продолжение фразы: "Значительно больше он оплачивает [процедуры] в отделении онкологии...", - означает, что "Настенька", выходит, оплачивала трансплантации, просто меньше, чем что-то другое?

Я решил проверить заявление Менткевича: "То, что фонд «Настенька» оплачивает трансплантацию, — это вранье", - по открытым источникам.


И довольно быстро нашел отчет самого Фонда "Настенька" за 15 лет. Нагуглить его можно десятком разных вариантов, я сразу покажу, как выглядит в Гугле тот файл, который надо посмотреть - чтобы каждый мог самостоятельно перепроверить мои находки и выводы:



Вот свойства файла который я оттуда скачал и из которого ниже будет скриншот:





Вот титульная страница этого отчета:




А вот - русским по белому Фонд "Настенька" рассказывает, как я понимаю, что деньги на трансплантации он тратил:




Я могу ещё понять, когда Георгий Людомирович обвиняет во лжи Ивана Стилиди, которого ненавидит за то, что Стилиди стал наводить порядок в бардаке Онкоцентра им. Блохина и добрался в своей активности до уютного мирка Господина Менткевича.

Но противоречить официальной информации Фонда Настенька", который сам же Менткевич и учредил, с руководителем которого он состоит в явно дружеских отношениях и в попечительский совет которого входит - на мой взгляд, уже перебор.

Или, возможно, признак паники такого уровня, что критика к своим действиям начала у господина Менткевича утрачиваться.


Кстати, согласно Уставу Фонда Настенька, первый состав Попечительского совета назначается учредителями - т.е., Менткевичем и нынешним Председателем Фонда. А потом Попечительский совет назначает председателя, который не может входить в попечительский совет.

И в этом попечительском совете находится Менткевич, а в Председателях Фонда (примерном аналоге Директора коммерческой структуры) - вторая учредительница. Судя по тому, что и сегодня, спустя 17 лет это так - вероятно, живут оба учредителя в полном согласии и взаимопонимании.

Очень показательным, на мой взгляд, является вот это фото - со страницы Фонда "Настенька" в Фейсбуке (слева - Джамиля Алиева, посередине - с надписью "В этом лагере только один вождь" - Георгий Менткевич). Всем присутствующим на фото визуальная постановка вопроса Менткевичем явно нравится, самому Фонду - тоже:





И вишенкой на торте - то, как сам фонд "Настенька" на собственном сайте прямо сейчас рассказывает о том, чем он отличается от остальных фондов:



Это я показываю к тому, что, с высокой степенью Вероятности "Настенька", пытаясь спасти Менткевича, может начать рассказывать, что она такая же [хорошая] как прочие фонды.
Да, в целом хорошая. Но не совсем такая же, как прочие фонды - и именно это отличие, связанное с присутствием в больнице, под боком у Менткевича, в сочетании со странностями в работе Менткевича с квотами и плесенью, и породила неприятные вопросы к нему.

Сперва эти вопросы Менткевичу, как я понял, задавало руководство Центра. Он ответил PR-атакой. Теперь ему стали задавать вопросы журналисты. Думаю что следующим вполне может оказаться Следственный комитет. Посмотрим.







ДЛЯ СПРАВКИ:

1. Из интервью Стилиди Комсомольской правде:

А что там с фондами не так?

- Да, это самая главная причина, которая и спровоцировала этот взрыв, - говорит Стилиди. - Расскажите, Светлана Рафаэльевна.

- Отделение трансплантации костного мозга в год может выполнять до 70 операций по пересадке. Но почему-то заявок на квоту в Минздрав поступало всего 20.

- А остальные операции проводились за счет благотворительного фонда, - снова вступает в разговор Стилиди. - Хотя мы могли справиться сами, просто вовремя подавая заявки на квоты и получая деньги на операции от государства. Вместо этого создавалась истерия, что вот лечить не на что, давайте соберем всем миром. Отмечу, что в благотворительных фондах нет ничего плохого. Все с ними работают и это большое подспорье. И я за, и все за то, чтобы они работали там, где это необходимо. Но здесь оказалась скрытая часть айсберга. Как только Варфоломеева объявила о том, что со следующего года мы переходим на лечение пациентов по квотам государственного задания и точно получим финансирование, вот тут и началась информационная атака на Варфоломееву, а затем и на весь Онкоцентр, ото всюду полилась ложь.

- В чем выгода врачей от операций, оплаченных фондом, не понимаю?

- Дело все в том, что фонды сами в своей смете закладывают оплату работы врачей, - вступает в разговор начальник отдела организации оплаты труда Анастасия Кукушкина. - Зарплаты заложены в их смете. И они в несколько раз выше тех, которые предусмотрены стандартами Минздрава.

- Получается 20 проводили за счет Минздрава, а 50 за счет фондов?

- Именно! То есть 65 %!

- При этом благотворительный фонд «Настенька», который активно сотрудничал с детским Институтом, им руководил сам Менткевич. То есть фактически он привлекал средства граждан, из которых сам платил себе и своим товарищам. Вот так.


Это Комсомольская правда, официально зарегистрированное СМИ (там же кстати и зарплатный квиток их есть): https://www.kompravda.eu/daily/27040.4/4104700/


2. Репортаж "Вестей" о том, почему Менткевичу было выгодно повести себя именно так, как он себя повел:




Вернуться к оглавлению



Менткевич, Онкоцентр им. Блохина и Благотворительные фонды (прежде всего, фонд Настенька). Краткое резюме


Этот материал я сделал по итогу беседы в комментариях с людьми, которые занимают позицию: "Мы не хотим вникать в ситуацию внутри Центра им. Блохина", но зачем вы обвиняете фонд Настенька в том, что он плохой? Он хороший, у него репутация хорошая"  (про репутацию, это действительно так - прим. Е. Ющука).
Ну и приводили определенные аргументы.

Соответственно, на них я и давал свои разъяснения. Отмечая при этом, что невозможно не вникать в ситуацию конфликта в Онкоцентре им. Блохина, т.к. там сплетён клубок сразу нескольких интересов (и некоторые могут быть порой сразу в одном человеке):

- корыстный умысел, желание заработать денег, пусть даже в ущерб Центру;

- боязнь, что могут посадить в тюрьму за смерть ребенка;

- досада, что уютный, сытый мир, сложившийся за много лет, начинает меняться и могут потребовать работу работать, да еще и кормушку прикрыть;

- обида от ощущения грядущего проигрыша в конкурентной борьбе с другими подобными лечебными и научными центрами;

- научные "понты", сиречь борьба научных школ (это явление обычное, в принципе, нормальное и даже полезное, но порой доходящее до истории, описанной Джонатаном Свифтом в книге о Гулливере, на примере баталий "остроконечников" с "тупоконечниками");

- карьерные амбиции уровня: "А чего это меня, МЕНЯ!!! - такого классного не назначили, а вот эту (этого) назначили? Несправедливо!";

- личная неприязнь;

А потом счел, что они полезны всем, кого интересует конфликт в Онкоцентре им. Блохина, а также моя позиция в отношении фондов.


И я вынес это отдельным постом:

1. Претензии возникли к Георгию Менткевичу. Он - зам. директора Института.

Он сделал так, что квот недополучали (официальная информация Администрации Центра).

И из-за этого операции, которые могли финансироваться из квот, финансировались из фондов. (официальная информация Администрации Центра)

У него просматривается корысть в этом, из-за разницы в оплате врачей при этих разных источниках финансирования (официальная информация Администрации Центра)

При этом Центр недополучал средств, которые пускаются на развитие Центра - потому что, в квотах они заложены, а квот недополучали (официальная информация Администрации Центра)

2. Вы утверждали, что фонды не финансируют российских граждан. А вот сами "активисты" утверждают обратное:




3. Господин Менткевич утверждал, что фонд Настенька не финансировал трансплантации.






Но в отчете самого фонда Настенька за 15 лет прямо написано, что оплачивал:






4. Фонд Настенька расположен на территории подразделения больницы, где его учредитель одновременно был должностным лицом.
При этом сам фонд Настенька на своем сайте сообщает, что это необычная ситуация:





5. Отношения между должностным лицом больницы Менткевичем (к которому возникли вопросы, в связи с приоритетом, отдаваемым им фондам, вместо квот, по вопросам, где квоты могли быть получены) и руководителем фонда Настенька (она же второй учредитель фонда) носят, судя по информации из открытых источников, дружеский характер.

В дружбе между людьми нет ничего плохого. Однако есть практика уголовных процессов - там, в случае наличия корысти дружеские отношения между фигурантом уголовного дела и тем, кто, по версии следствия, помог ему осуществить корыстный умысел, расценивается как косвенное доказательство сговора.
И суды это именно так рассматривают обычно.
В данном случае нет никакого уголовного дела, я привожу это исключительно для понимания того, как вообще подобные отношения выглядят.

На этом фоне, на официальной страницы фонда Настенька в Фейсбуке есть, к примеру, такое фото:





Даю картинку, которая под халатом у господина Менткевича, крупно:



******************

Резюмирую:

1. Фонды делают важное, нужное и полезное дело. Они очень нужны.
И, прежде всего, они нужны там, где помощь оказывается иностранным гражданам, а также где государство не может охватить оплату квотами (есть ряд операций такого рода и фонды там - единственная возможность помочь человеку).

2. Отношения между должностным лицом Центра Менткевичем и руководителем фонда Настенька носят характер не только деловых связей формата "фонд-больница", но и дружеских.
Кроме того Менткевич входит в состав учредителей фонда "Настенька", а сам фонд находится на территории, где работал должностное лицо Менткевич.

3. К Менткевичу есть претензии по поводу оплаты из фондов, вместо квот (в т.ч. по вопросам, которые квотами, как официально сообщает Администрация, охватывается) - что, по данным Администрации Центра им. Блохина выгодно Менткевичу и невыгодно Центру.

Поскольку в таком случае просматривается наличие потенциального корыстного интереса у должностного лица госучреждения - автоматически появляются и неприятные вопросы к нему.

4. Непосредственно к фонду Настенька я пока претензий не видел.
Именно поэтому, на мой взгляд, нет претензий к руководителю фонда Джамиле Алиевой, в то время как к Георгию Менткевичу есть множество претензий.

Фонд Настенька, как я вижу ситуацию, за пределы рамок работы фондов не выходил. Даже если обнаружится, что он оплатил то, что должно перекрываться квотами.
Потому что, фонды оплачивают то, что пришли по заявке и не имеют возможности проверять - могло это быть оплачено из квот или не могло (да и не надо это на них возлагать).

А вот должностное лицо госучреждения Георгий Менткевич наоборот должен был это контролировать.

Допускаю, что Джамиля Алиева отдавала себе отчет в том, что помогала Менткевичу оплачивать пациентов из фонда там, где можно было делать это через квоты. Но точно так же можно предполагать, что Менткевич ей этого не рассказывал.
Это в данный момент и в рамках имеющейся информации непонятно и неизвестно, потому и не может являться основой для претензий в адрес госпожи Алиевой и фонда Настенька.

Собственно это всё в рамках той информации, которую я на данный момент смог найти. Будет новая информация - будем смотреть её - и делать выводы.

P.S. Есть еще вопрос к господину Менткевичу о поводу грибка, от которого умер ребенок - этот грибок выявила Варфоломеева и Варфоломеевой же затем пытались его предъявить "активисты", в рядах которых состоит и Менткевич (что следует из его участия в их видеообращении).

Отделение, где умер ребёнок, находилось в Институте, где Менткевич был зам. директора. Полагаю, что Менткевич, работавший там столько времени, не мог не знать о проблеме плесени. А, зная о ней, не мог не понимать опасности и до гибели ребёнка.
Но закрытие на ремонт даже части небольшого отделения, в котором была плесень - это снижение денежного потока. Вероятно, поэтому активисты (в т.ч. друг Менткевича Попа, заведующий заплесневелым отделением) пытались оттянуть момент ремонта как можно дальше
Тем не менее, Менткевич не только, насколько я понимаю, не принял мер к исправлению ситуации с этим грибком, но еще и поучаствовал в обвинениях в плесени новой Администрации. Хотя история с гибелью ребенка была в Институте хорошо известна - поскольку это ЧП.

Есть вопрос по поводу методик лечения, применяемых в подразделении Менткевича, которые сам господин Менткевич считает передовыми и замечательными, а эксперты в онкогематологии - устаревшими, не самыми эффективными и более токсичными, чем современные.

Но к фондам это уже никакого отношения не имеет.


Вернуться к оглавлению



Варфоломеева хамила и требовала от "активистов" уволиться? Ну, давайте послушаем вместе.Онкоцентр им. Блохина. Светлана Варфоломеева и Александр Попа - беседа

Один из тезисов "активистов" в Онкоцентре им. Блохина: "Светлана Варфоломеева постоянно хамит и требует от нас уволиться".

И вот, один из "активистов" - зав. отделением Александр Попа слил в Интернет запись своей беседы с Варфоломеевой. Запись очень длинная. Я нарезал из неё типичные куски и решил их показать. Пусть все сами послушают, как "хамила" Варфоломеева и как она "требовала уволиться".

Особая ценность этой записи - в том, что Попа знал, что запись ведется, а Варфоломеева об этом не знала.

Александр Попа, кстати, один из наименее одиозных "активистов". У меня вообще поначалу сложилось впечатление, что он, вероятно, мотивирован обидой за научную школу.

С другой стороны, именно в отделении у Попы умер ребенок от грибка. И Попа, и Менткевич (в качестве зам. директора института, в который входит отделение Попы) знали о грибке и не могли не понимать опасности грибка для детей с ослабленным иммунитетом. Данные о проблеме были официально известны с 2018 года (документ об этом показан в сюжете Вестей).
Однако тревогу о плесени забили не Попа и не Менткевич, а Варфоломеева. И на неё же потом "активисты" попытались этот грибок свалить.

Это, а также слив Попой разговора с Варфоломеевой (безвредного для Варфоломеевой, тут сам факт слива показателен) не позволяет мне уважительно относиться к Попе, увы.

Вот фрагмент записи, сделанной Попой. Вы без труда можете найти полный вариант и, если есть желание тратить уйму времени на прослушивание - убедиться, что везде там ровно такое же "хамство".



Вернуться к оглавлению



За сытым столом онколог спокойно и цинично приговорил детей к смерти? (Активист Онкоцентра Блохина)

То, что вы сейчас увидите, повергает в шок. Человека, который на видео, коллеги идентифицировали как онколога Игоря Долгополова. Того самого, что раздавал СМИ комментарии о болезни Анастасии Заворотнюк, вызывая негодование этического характера.

Если это и правда он (а коллеги уверены, что это он), то на этом видео врач, доктор наук, трансплантолог, за обильным столом, говорит о том, что детей с 4-й стадией нейробластомы лечить не надо.

Это само по себе преступно и отвратительно. Именно эти пациенты и должны получать максимально возможный объем лечения и, как говорят специалисты, выживаемость у них не нулевая.

Но человек, похожий на Игоря Долгополова, спокойно и цинично приговаривает их к смерти – игнорируя возражения коллег.






Справка:
Игорь Долгополов врач из отделения Менткевича и тоже собирается уволиться.
Говорят, что он - один из тех, кто «держал оборону» с телефоном у дверей гематологии, когда журналисты Вестей приходили в Онкоцентр им. Блохина (а потом «активисты» рассказывали, что, якобы, это руководство центра не давало родителям и детям общаться с журналистами).

Долгополов Игорь Александрович - фигура не особо медийная, тем не менее, найти его подтверждённое изображение возможно. Например, на сайте Онкоцентра им. Блохина, в передаче ОТР:

Долгополов Игорь Александровия. Онколог. НМИЦ им. Блохина



И ещё - тоже для справки:
https://iz.ru/845405/valeriia-nodelman/dvoinoi-udar-novyi-metod-spasaet-detei-s-neiroblastomoi-iv-stadii

Онкоцентр Блохина


Вернуться к оглавлению




Кто такой Кирилл Киргизов? Киргизов специалист? Он понимает в трансплантациях? В чём врут активисты?


«Говорящая голова» «активистов» Центра им. Блохина Рыков Максим Юрьевич целеустремлённо и систематически рассказывает ужасы про Кирилла Игоревича Киргизова, утверждает, что у Киргизова диссертация по рассеянному склерозу. Отсюда он делает далеко идущие вывод о профессиональной некомпетентности Кирилла Киргизова, а следующим шагом – о потом, что Иван Стилиди не умеет подбирать кадры.

Я решил проверить, так ли это – тем более, что Максим Рыков своей непорядочностью сильно выбивается из общего фона. Фраза «Врёт как дышит», - на мой взгляд, в полной мере применима к Рыкову (да и тихий переход важного научного актива в его частные руки вызывает вопросы, требующие прояснения). В общем, перепроверка заявлений Рыкова однозначно необходима.


И вот что оказалось.

Кирилл Киргизов. Фото: "Российская газета"


1. Рыков умалчивает о том, что Кирилл Киргизов внедрил метод трансплантации костного мозга у детей, больных рассеянным склерозом как ТРАНСПЛАНТОЛОГ.
Более того, группа детей, которые получили трансплантацию костного мозга при таком заболевании, собранная в рамках данной работы, оказалась самой большой в мире.

Таким образом, Кирилл Киргизов – ведущий специалист по трансплантации костного мозга. Интересно, правда? Но это ещё далеко не всё.

Более того, Киргизов – один из лидеров группы экспертов по аутоиммунным заболеваниям и трансплантации в рамках Европейского общества по трансплантации крови и костного мозга (EBMT). Он не только автор статей в международной научной печати, но и соавтор европейских рекомендаций, что редко для врачей из РФ и тем более это не про Рыкова.

Нагуглить научные материалы с авторством Киргизова по теме трансплантации костного мозга можно, например, по словам: ‘kirill kirgizov summary transplantation’
Вот пример такой находки. Для тех, кто не знает английского, уточню: «Bone marrow» - это «Костный мозг», ну а ‘Transplantation‘, полагаю, перевода не требует вообще.’




2. Киргизов – руководитель Европейского исследования по аутоиммунным заболеваниям под эгидой EBMT. Это – высший пилотаж, как говорят онкогематологи.


https://www.ebmt.org/research/studies/autologous-hematopoietic-stem-cell-transplantation-ahsct-paediatric-multiple

Причем «Активисты» это прекрасно знают, ибо регулярно посещали доклады Киргизова на международных конференциях. Вполне возможно, грусть у «активистов» уже тогда вызывал факт, что там выступал Киргизов – у которого есть современные методики, а они сидели в зале в качестве слушателей.

Не исключено, что это уже тогда вызвало обиду, ревность и ощущение отставания от поезда. И тут – они хлопают дверью, а вместо них приглашают Киргизова. Учитывая, что «активисты» запросто могут заявить, что часть детей, которым можно спасти жизнь, они вообще лечить не собираются, непротиворечивым выглядит, на мой взгляд, обида и злость от назначения Киргизова. Ну, а врать вслух по-моему, вообще фирменный конёк Максима Рыкова - что, я думаю, приведет его в конечном счете к грандиозным проблемам.


3. Киргизов имеет 4 сертификата (гематолог, детский онколог, педиатр и организатор здравоохранения). На этом фоне заявления Рыкова на тему, что, мол, Киргизов профнепригоден, выглядят просто нелепо.


4. Кирилл Киргизов 10 лет занимается трансплантацией костного мозга.
Широко известен в профессиональном сообществе и как практикующий специалист и как организатор (в отличие от администратора Рыкова, который в основном занимается демагогией о том, как все плохо в детской онкологии, а его успехи в лечении больных если и есть – то, как минимум, не общеизвестны).

Причем порой в своей профессиональной биографии Кирилл Киргизов применял такие передовые методы лечения, какие до него не применял никто - и побеждал:


https://rg.ru/2018/11/01/pacienty-uhodiat-iz-za-otkaza-chinovnikov-vydelit-neobhodimye-preparaty.html



5. Кирилл Киргизов - полностью сертифицированный специалист, прошедший подготовку в двух ведущих центрах – Рогачева и РДКБ.
То есть, он не просто имеет право работать, он ЗНАЕТ, как наладить работу в ТКМ.



6. Кирилл Киргизов является специалистом, который имеет большой опыт работы именно в отделении трансплантации костного мозга. При этом Киргизов и отличный организатор здравоохранения.
Под руководством учителей, ему удалось не на словах, а на деле сплотить профессиональное сообщество (в отличие от Рыкова который деструктивен в своих действиях – да простит меня реальный специалист Киргизов за то, что я вообще сравниваю его с Рыковым).


7. Кирилл Киргизов проехал всю Россию, знает, как работает детская онкология и гематология. Знает, что в стране не «324 детских онколога» (версия Рыкова в СМИ), а гораздо больше специалистов, которые лечат детей со злокачественными новообразованиями.
Почти всех Киргизов знает лично. Со всеми работает (тогда как Рыков, оказывается, даже представить их реальную численность не в состоянии).

8. Сам Киргизов хоть и молод, но широко известен не только в кругах трансплантологов (как российских, так и мировых), но и известен как детский онколог.

Посмотрите его биографию – как-то не вяжется эта реальность с заявлениями "активистов":
http://nodgo.org/kirgizov_biography

Вот отрывок из биографии Киргизова, приведенной по ссылке:




9. Кирилл Киргизов – эксперт группы ВОЗ по детской онкологии. Он был выбран от РФ именно Всемирной организацией здравоохранения (которая о существовании Рыкова, я думаю, вообще не знает, потому как подобных рыковых в мире валом, из общей массы они явно не выделяются и потому ВОЗ неинтересны).



http://nodgo.org/kirgizov_biography



10. Киргизов – активный участник Всемирного общества детских онкологов (SIOP). Его знают как талантливого врача онколога и трансплантолога.


11. В послужном списке Кирилла Игоревича Киргизова публикации и устные выступления на международных конференциях.
За последние несколько лет он один сделал их больше, чем все отделения Менткевича, вместе с самим Менткевичем.



12. Киргизов активно принимает участие в организации международных конференций. В частности, в рамках Конгрессов SIOP. Никто из «активистов» такой чести не имел – ну, неинтересны они специалистам, вероятно.
Что не удивляет, учитывая, что специалисты даже в России характеризуют методы «группы Менткевича» как устаревшие, не самые эфективные, но зато ощутимо более токсичные, нежели у современных специалистов (пруф).


14. Кирилл Киргизов пришел в Онкоцентр им. Блохина на должность зам. директора по науке.
За время с июня было проделано много. Именно большой авторитет, заработанный Киргизовым за это небольшое время, позволил принять директору центра И.С. Стилиди решение назначить Киргизова зав. детским ТКМ.

Понятно, что не на пустом месте – и это очевидно, посмотрев всё то, что я изложил выше.
И понятно, что Стилиди назначал Киргизова именно как профессионала.

Понятна и сегодняшняя ярость менткевичей и рыковых, которые обнаружили, что они не просто могут быть заменены специалистами, но могут быть заменены с пользой для больных. Обидно, да. Ну так работать надо было, развиваться, результаты выдавать на-гора. А не устраивать себе синекуру и финансирование с фондов, вместо квот.


15. А, кстати! Кирилл Киргизов – ещё и Лучший молодой врач РФ 2016 г. (премия НацМедПалаты).

И вишенку на торт.

О чем врут «активисты»?


1. Версия активистов:
Менткевич – онкохирург.

На самом деле:
Нет, ТКМ – это процедура похожая на переливание крови и к хирургии не относится. Самое главное – выходить пациента.

2. Версия активистов:
Киргизов – невролог.

На самом деле:
Нет, он имеет отличную подготовку как трансплантолог.

3. Версия активистов:
Киргизов не может ответить на вопросы по специальности.

На самом деле:
Полная чушь и откровенная ложь. Отделение уже вторую неделю живет без Менткевича и неделю без старой команды врачей. И работа идет – не только не хуже, но возможно даже лучше.


4. Версия активистов:
Менткевич не оставил Киргизова без совета.

На самом деле:
В Центре им. Блохина утверждают, что это неправда, т.к. за всё время Менткевич один раз пришел на консилиум – и при этом сидел в телефоне.



Вернуться к оглавлению




Ремарка к разгону: "Ах, активистов из Центра Блохина могут не взять на работу"!


1. Каждый руководитель сам решает, надо или не надо брать на работу врачей, которые свалили перед увольнением в отпуск, назвав это "мы составили график ухода, чтобы больные не пострадали от нашего ухода".

Или таких, которые заявляют, что не станут лечить детей с патологией, у которой невысокий процент успеха (но и совсем не нулевой) - тем самым приговаривая детей к смерти.

Или таких, которые, используя своё служебное положение, совершают с квотами пируэты, выгодные лично им, но заведомо невыгодные больнице.

Или таких, которые нагло врут - вероятно, от досады, что их обошли более талантливые специалисты.

И, конечно, не надо забывать, что "активисты" уволились сами - шумно, эмоционально, с шантажом. Но сами. О том, что их нико не гнал, говорит и эта скрытно сделанная аудиозапись, созданая и выложенная саими "активистами". Они люди взрослые и, верятно, должны были самостоятельно позаботиться о том, куда пойдут и чем займутся после увольнения.


2.  Даже несмотря на то, что методики того же Менткевича оцениваются эксертами как устаревшие, менее эффективные и более токсичные, чем современные - они все же рабочие, а тот же Менткевич и его доктора ими владеют.

Есть, поэтому, прекрасное решение, при котором Менткевич может получить столь любимое им, как я понял, отсутствие контроля по профессиональной части, почет, уважение и так далее. А заодно принести пользу детям.

Пусть посмотрит карту России и выберет регион, в котором или много денет (к примеру, ЯНАО), или хороша погода (у примеру, Ростов). Потом уберет из получившегося списка те регионы, где есть специалисты не хуже Менткевича, а в остальные направит свое предложение о сотрудничестве.
Уверен: он найдет работу. Вообще не вопрос.

Это если, конечно, он не решит поехать за рубеж, а там не найдется тот, кто согласится взять себе Менткевича со всеми его плюсами и, увы, минусами.

Так что, стенания на тему: "Ах, активистов из Центра Блохина могут не взять на работу!", - на мой взгляд, неуместны.
В Москве, возможно, и без них есть кому работать (заменили же их - и даже, возможно, с выигрышем для пациентов).
Но Москва - не Вся Россия.  Если, конечно, хотеть работать, а не ныть в "Альянсе врачей" Навального.


Скриншот со страницы фонда "Настенька" (где Менткевич, будучи должностным лицом Центра им. Блохина,
одновременно был учредителем и членом попечительского совета) в Facebook


Вернуться к оглавлению



Смежная тема: Почему важно работать лишь с теми благотворительными фондами, где учредители - явно порядочные люди


Первый источник заработков любого благотворительного фонда - часть собранных средств.

Экономика фонда, в принципе, проста: собрали средства, определенную часть потратили на себя по смете, а остальное должны потратить на уставные цели.

В части "потратить на себя" всё всегда предельно прозрачно: это записано в Уставе фонда, деньги в фонд поступают легально - и далее идет обычная, понятная арифметика.
Как правило, благотворительные фонды в России могут на себя тратить до 20% собранных средств.

Чтобы посмотреть реальный пример такой организации работы и при этом далеко не тянуться - вот, в этой части, пример фонда "Настенька", Устав которого, в ходе расследования "анатомии и физиологии" конфликта в Онкоценре им. Блохина я скачал и почитал.






Как видите: "Благотворительный фонд не вправе использовать на оплату труда административно-управленческого персонала более 20 процентов финансовых средств, расходумых за финансовый год".
С оговоркой: "Данное ограничение не распространяется на оплату труда лиц, участвующих в реализации благотворительных программ":





К слову, согласно данным Контур.Фокус, оборот фонда "Настенька" (раз уж я его взял для примера в этой части), составил 64 600 000 рублей, из которых 64 млн. - целевые взносы и еще 600 тыс. - прибыль от предпринимательской деятельности:





На этом от примера Фонда  "Настенька" мы отойдем, поблагодарив его за опубликованные документы, позволившие на живом примере показать, как устроена экономика фонда, в части финансирования самого себя - и поговорим о благотворительных фондах вообще.

Почему я сказал в заголовке, что иметь дело надо лишь с теми, фондами, учредители которых - люди кристально порядочные?

А потому, что, жертвуя деньги на благотворительность, люди хотят, чтобы эти деньги в полной мере дошли до тех, кому они предназначены.

Свои собственные средства государство, надо сказать, тщательно контролирует. Для этого,в частности, существуют тендеры, на которых закупается продукция а за закупочными ценами следят специально обученные, так сказать, люди.

А вот у благотворительных фондов всё намного проще, в смысле возможностей для не вполне чистой игры на ценах закупа (и вообще на закупе).


Вот типичный алгоритм  недобросовестных фондов, в изложении "Юридического центра адвоката Олега Сухова"

Цитата:

Нехитрые схемы, или Как «заработать» миллион

«Один из видов доходов недобросовестных благотворительных фондов — это "откаты", которые они получают, приобретая по завышенным ценам медицинское оборудование, лекарственные препараты, мебель, одежду и прочие товары, необходимые больницам, детским домам, домам престарелых и другим нуждающимся, — говорит адвокат Олег Сухов. — Впоследствии часть оплаченных средств возвращается поставщиками "в конверте" руководству фонда. На одежде, мебели, продуктах питания много заработать нельзя, т. к. на их закупку тратятся незначительные суммы.

Совсем другая ситуация с медицинским оборудованием. Техника, применяемая в медицине, стоит дорого, например, рыночная цена среднего по характеристикам томографа составляет 15–18 млн рублей, а купить его "благотворители" могут в два или три раза дороже. При этом сумма "отката" будет весьма внушительной и составит не один миллион рублей».

Приобретение лекарственных средств — еще одна возможность «заработать» псевдоблаготворителям. Для этого есть два пути. Первый — приобретение препаратов у известных и вполне легальных фармкомпаний, но по ценам выше рыночных. При этом фонды получают от этих компаний все тот же «откат». Второй способ — приобретение поддельных лекарств, изготовленных в кустарных условиях из неизвестного сырья, у подпольных поставщиков. Цены при этом могут быть невысокими, продавец платит «откат» за возможность поставлять свою нелегальную продукцию. И если в первом случае потраченные деньги все же принесут определенную пользу, и больницы, нуждающиеся в медикаментах, получат качественные препараты для успешного лечения пациентов, то во втором случае о ней (пользе) говорить не приходится, так как применение поддельных лекарств будет неэффективным, а подчас и опасным. А значит, пожертвования населения, потраченные недобросовестными фондами на приобретение некачественных медикаментов, не помогут нуждающимся.

Некоторые фонды идут еще дальше: они собирают средства на неизлечимо больных. При этом на своих сайтах они размещают лишь те медицинские документы, которые подтверждают наличие тяжелого заболевания и дополняют это фразами «… нуждается в дорогостоящем обследовании или препаратах стоимостью несколько сот тысяч рублей или долларов». И доверчивые граждане перечисляют свои сбережения на помощь больным, лечение которых и не планируется в связи с запущенной стадией заболевания.



Как помогать правильно

«В общем, благотворительность в России становится едва ли не золотой жилой для разного рода дельцов и мошенников, — говорит адвокат Олег Сухов. — Но помогать людям все же нужно. Важно помнить, что имя благотворительного фонда, оказывающего реальную помощь нуждающимся, могут использовать интернет-мошенники.

Поэтому перед перечислением денег необходимо убедиться в достоверности реквизитов.

Нелишним будет изучить финансовую отчетность фонда, которую, согласно действующему законодательству, фонды обязаны ежегодно публиковать. В этих документах содержится информация о целях и размерах расходов в отчетном периоде. Многие недобросовестные фонды не публикуют отчетность. Тогда как честные размещают ее на общедоступных ресурсах даже чаще, чем установлено (некоторые — ежеквартально), чтобы люди могли убедиться, что их пожертвования пошли на благое дело. Как правило, благотворительные фонды не занимаются массовой, спамерской рассылкой и не тратят деньги на широкую рекламу.

Волонтеры некоторых фондов могут проводить сбор средств в местах массового нахождения людей, к примеру, помощники тольяттинского фонда «Независимость» периодически это делают в различных торговых центрах.

Но опасаясь, что подобным образом могут поступать и мошенники, сотрудники «Независимости» предъявляют своим добровольцам удостоверения и всегда готовы подтвердить проведение акции по телефону.

Вообще, честные фонды всегда предоставляют свои контакты для обратной связи, а иногда и контакты нуждающихся в помощи. На это тоже стоит обращать внимание. Есть библейская  мудрость — милостыня должна запотеть в руках, прежде чем выяснишь, для кого и каких целей она предназначена.

И если все будут придерживаться этой мудрости, то каждый рубль пойдет действительно на благое дело».

Источник: https://www.audit-it.ru/club/user/33007/blog/9302/

Вывод

Полагаю, что после прочтения всего этого материала становится очевидным, что только честность и порядочность учредителей, по большому счету, дают гарантию того, что средства не "прилипнут" ни к чьим рукам.

Именно поэтому, во всем мире наиболее успешны фонды, за которыми прозрачно и понятно стоят известные люди, в которых нет никаких сомнений у общественности - от известных актеров, до самых настоящих принцесс.

Если же за фондом обнаруживаются те, кто не известен широкой публике - это повод задуматься и внимательно присмотреться к фонду. А может быть, сразу пойти к другим - более понятным людям, обеспечивающим те же уставные цели, что и фонд с людьми малоизвестными.


Вернуться к оглавлению




Активист Максим Рыков "угнал" журнал у онкологов, подделав подпись? Будет уголовное дело?


Я ранее писал о крайне необычной находке: научный журнал Общества детских онкологов вдруг, как-то по-тихому, уплыл в частные руки Максима Юрьевича Рыкова - "говорящей головы" активистов Онкоценра им. Блохина.

Вот этого - который по сей день скачет по редакциям оппозиционных СМИ и рассказывает всякие небылицы (на скрине - недавнее его интервью "Новой газете", где он путается даже в количестве детских онкологов в России):





Это было тут: "Максим Рыков (Онкоцентр им. Блохина) и любопытный переход актива в единолично частные руки" - со скриншотами.

Основные из них я тут воспроизведу.

Это обложка журнала "Онкопедиатрия" еще недавно - и там учредителем Российское Общество детских онкологов (РОДО):




А это - данные с официального сайта Роскомнадзора сейчас: с июня 2019 года единственным учредителем издания числится Рыков М.Ю.:





Так вот, мы стали наводить справки по своим каналам и получили очень интересный документ из Роскомнадзора, адресованный Главному редактору этого журнала, уважаемому  Владимиру Георгиевичу Полякову.

Из этого документа следует, что Владимир Поляков, еще до нашего интереса к теме, обращался в Роскомнадзор с тем же вопросом, что заинтересовал и нас: "Как так получилось, что журнал Общества оказался в единоличных частных руках физического лица Рыкова"?

И Роскомнадзор ответил Владимиру Полякову, что Рыков переписал на себя издание "Онкопедиатрия"... якобы с разрешения самого Полякова!







Но понятно же, что уважаемый академик Поляков не стал бы писать запрос в Роскомнадзор, если бы сам же распорядился отдать журнал Рыкову.


Тогда я адресовал Владимиру Георгиевичу такие вопросы:


Добрый день, уважаемый Владимир Георгиевич.

В нашей редакции есть письмо, направленное, как мы полагаем, в Ваш адрес Роскомнадзором (скан прилагаем).

Из этого документа следует, что господин Рыков Максим Юрьевич, на которого ныне записан как на учредителя журнал «Онкопедиатрия», якобы, предоставил для смены учредителя с Российского общества детских онкологов на себя лично как на физическое лицо документ, подписанный Вами.

Якобы, Вы там изъявили желание произвести такую замену.

Насколько на известно, Вы таких документов в Роскомнадзор не подписывали и желания менять учредителя на Рыкова М.Ю. не изъявляли – в связи с чем и обращались в Роскомнадзор за разъяснениями по факту смены учредителя.

Поясните, пожалуйста:

1. Действительно ли прилагаемое письмо пришло к Вам из Роскомнадзора в ответ на Ваш запрос туда?

2. Действительно ли Вы не подписывали таких документов, которые упомянуты в этом письме?

3. Что Вы намерены предпринять?



И вот что академик Владимир Поляков мне ответил:

Мне стало известно что журнал учредителем которого является Российское общество детских онкологов был перерегистрирован на некое частное лицо поэтому я написал запрос в Роскомнадзор с просьбой объяснить на основании каких документов и по какой причине произведена такая перерегистрация.
И я действительно получил подтверждение что журнал РОДО Онкопедиатрия перерегистрирован на частное лицо а именно на М. Ю. Рыкова на основании договора между РОДО, главным редактором журнала и М. Ю. Рыковым.
Но такого договора я не подписывал и не знал о его существовании.
Я полагаю что от имени Российского общества детских онкологов должно быть обращение к юристам за разъяснениями, рекомендациями и помощью для решения этого вопроса в правовом поле.



У меня складывается устойчивое ощущение, что Максим Юрьевич Рыков попытался "угнать" научный журнал у Общества детских онкологов.
Но далеко убежать не смог и теперь - если я правильно понимаю ситуацию - не исключен вариант разбирательства, вплоть до уголовного.

Впрочем, это будут решать сначала детские онкологи (ну мало ли - вдруг, они решат, что это мелочь, и пусть Рыков себе забирает журнал, или пусть его просто вернёт). А потом - если Общество детских онкологов все же сочтет нужным в правовом поле решительно действовать - возможно, оценку будут давать уже правоохранительные органы.

Наблюдаем.

P.S. Но вообще,  я просто поражаюсь моральному облику этих "людей со Светлыми лицами".


Вернуться к оглавлению




Наилучшее решение для фонда "Настенька". Моё личное мнение

Проблема, из-за которой фонд "Настенька" оказался в эпицентре скандала, порождена двумя учредителями фонда "Настенька".

В первую очередь, конечно, Георгием Менткевичем, который совмещал учредительство в Фонде "Настенька" и пребывание в Попечительском совете этого фонда (который, в общем-то и контролирует расходование средств Руководителем) с должностью в государственном учреждении.

При этом фонд "Настенька" располагается на территории, которую господин Менткевич как должностное лицо и контролировал. Причем это, как пишет сам фонд "Настенька" на своем сайте, нетипичная ситуация:




Но и второй учредитель фонда "Настенька" - Джамиля Алиева - не в меньшей степени ответственна, на мой взгляд, за вовлечение "Настеньки" в скандал. Потому что, если посмотреть в поиске Яндекса по СМИ "Джамиля Алиева" - можно без труда увидеть, как госпожа Алиева активно поддерживает "активистов".
Чем, бесспорно, ломает картину равноудаленного, независимого (от дрязг в больницах и подковёрных интриг там) фонда.







Неудивительно, что когда директор Центра им. Блохина Иван Стилиди рассказал в "Комсомольской правде" о перекосе в соотношении финансирования из квот и из фондов, наблюдаемые в Институте, где замдиректора был Менткевич - возникло ощущение или возможного сговора Менткевича с Алиевой, или использования Менткевичем фондов (в т.ч. фонда Менткевича-Алиевой "Настенька") "втёмную".

Усилили эти ощущения и "говорящие" фото, размещенные на страницах фонда "Настенька":

!!! В этом лагере только один вождь Менткевич Настенька с подписями.png

Вот надпись под халатом Менткевича крупным планом:



А вот слова директора Центра им. Блохина Стилиди и руководителя Института детской онкологии Варфоломеевой, из которых следует, что в действиях Менткевича вполне можно усмотреть признаки личной корысти, причем в ущерб Центру:

- А что там с фондами не так?

- Да, это самая главная причина, которая и спровоцировала этот взрыв, - говорит Стилиди. - Расскажите, Светлана Рафаэльевна.

- Отделение трансплантации костного мозга в год может выполнять до 70 операций по пересадке. Но почему-то заявок на квоту в Минздрав поступало всего 20.

- А остальные операции проводились за счет благотворительного фонда, - снова вступает в разговор Стилиди. - Хотя мы могли справиться сами, просто вовремя подавая заявки на квоты и получая деньги на операции от государства. Вместо этого создавалась истерия, что вот лечить не на что, давайте соберем всем миром. Отмечу, что в благотворительных фондах нет ничего плохого. Все с ними работают и это большое подспорье. И я за, и все за то, чтобы они работали там, где это необходимо. Но здесь оказалась скрытая часть айсберга. Как только Варфоломеева объявила о том, что со следующего года мы переходим на лечение пациентов по квотам государственного задания и точно получим финансирование, вот тут и началась информационная атака на Варфоломееву, а затем и на весь Онкоцентр, ото всюду полилась ложь.

- В чем выгода врачей от операций, оплаченных фондом, не понимаю?

- Дело все в том, что фонды сами в своей смете закладывают оплату работы врачей, - вступает в разговор начальник отдела организации оплаты труда Анастасия Кукушкина. - Зарплаты заложены в их смете. И они в несколько раз выше тех, которые предусмотрены стандартами Минздрава.

- Получается 20 проводили за счет Минздрава, а 50 за счет фондов?

- Именно! То есть 65 %!

- При этом благотворительный фонд «Настенька», который активно сотрудничал с детским Институтом, им руководил сам Менткевич. То есть фактически он привлекал средства граждан, из которых сам платил себе и своим товарищам. Вот так.

Лекарства, зарплаты, бюрократия и все-все

............

- Еще одна непонятная деталь. Выяснилось, что для исследования функции сердца всех детей почему-то отправляли в другое учреждение. Это для семей стоило 5 800 рублей (не маленькая сумма для региональных пациентов).

- Видимо, в этом тоже была определенная выгода, - добавляет Стилиди. - И теперь, с приходом Варфоломеевой, такое же исследование делают у нас в НИИ «Блохина» бесплатно.

- Разные детали всплывают теперь. Из прессы (родители давали интервью) выяснилось, что лекарства, которых нет в РФ, но которые необходимы для лечения лейкозов у детей, родители закупали сами. Я впервые такое вижу, потому что во всех других клиниках их предоставляет бесплатно фонд «Подари жизнь». Только у него есть лицензия на закупку и ввоз в РФ этих препаратов. Как и где родители их покупали сами? Как хранили? И, главное, каким образом купленные непонятно где лекарства вводились в отделение - вообще загадка, - говорит Варфоломеева. - Будем выяснять.

Это из статьи в Комсомольской правде. Из этой: https://www.ural.kp.ru/daily/27040.4/4104700/





Дабы не было неправильных интерпретаций слов руководства Центра, оно затем отдельно уточнило, что к фондам претензий нет, они действовали в рамках своих задач и процедур, а вот к сотрудникам Центра, которые работали с деньгами фондов, есть претензии.

Особо выделили фонд "Настенька" - скорее всего, я думаю, в связи с тем, что госпожа Алиева отреагировала на слова руководителей Центра особенно бурно.

Фонд Настенька и Центр Блохина.png

Уж не знаю - в силу ли общего темперамента реакция госпожи Алиевой была настолько сильной, или же госпожа Алиева имеет основания опасаться результатов проверки. Может, позже это прояснится, а может и нет.

Вот, в этой точке мы сейчас и находимся.


Что можно порекомендовать фонду "Настенька"?

Во-первых, часть проблемы уже решилась сама собой: Георгий Менткевич остался лишь уредителем и членом попечительского совета фонда "Настенька", но перестал быть должностным лицом Онкоцентра им. Блохина.

Во-вторых, сохраняется двусмысленная ситуация: фонд "Настенька" продолжает пребывать в Онкоцентре, что не слишком похоже на равноудалённость, которая должна, по идее, быть у фондов. Ведь Благотворительный фонд должен помогать детям, а не участвовать во внутрикорпоративных разборках.

Поэтому, на мой взгляд, госпоже Алиевой и господину Менткевичу как учредителям фонда "Настенька" наиболее целесообразно сейчас найти для фонда другое помещение и стать именно "равноудаленной" от всех больниц. Вот, как другие фонды.

А там время рассудит. Найдет госпожа Алиева и господин Менткевич в себе силы помогать детм в ненавистном теперь уже им, похоже Онкоцентре им. Блохина - прекрасно. Возобладают в них эмоции - ну, значит, возобладают.
Если будет отмечена хотя бы пара отказов маленьким пациентам Онкоцентра им. Блохина в финансировании - фонду Алиевой и Менткевича, возможно, придется искать себе другую нишу приложения усилий. Принцесса Диана вон, помнится, с минными полями в Африке боролась.

Ведь амбиции и даже фрустрации Менткевича, Алиевой и кого угодно еще - это их личное дело, а маленьким пациентам надо помогать. Там, где государство не перекрывает проблему квотами, разумеется.

P.S. Надо сказать, что участие Георгия Менткевича в акции вместе с гражданином Рыковым тоже не добавляет "плюсов в карму" учреждениям, в которых он состоит. В связи вот с этим событием: Активист Максим Рыков "угнал" журнал у онкологов, подделав подпись? Будет уголовное дело?.
Просто исходя из понятного каждому с детства принципа: "Скажи мне, кто твой друг - и я скажу, кто ты".
Честно говоря, я не знаю, что Менткевич с этим дальше будет делать.


Вернуться к оглавлению




Георгий Менткевич, Джамиля Алиева и Ассоциация "Все вместе" - кто с кем, возможно, аффилирован и как

Пусть это будет тут - для наглядности. Кто с кем может быть аффилирован и как.

О том, что Георгий Людомирович Менткевич (экс-должностное лицо Онкоцентра им. Блохина) является учредителем Фонда "Настенька", вместе с Джамилёй Муратовной Алиевой, уже говорилось ранее. Вот так это показывает Контур.Фокус:








А о том, что Менткевич входит также  в попечительский совет фонда "Настенька", который, согласно Уставу должен контролировать действия Председателя фонда Джамили Алиевой, указано на сайте Фонда:






А Фонд "Настенька" является учредителем "дочки" - Ассоциации "Все вместе" (поэтому, Контур.Фокус указывает Менткевича и Алиеву в качестве предположительно конечных владельцев Ассоциации):








Вот так это у Контур.Фокус визуализированы эти связи - встроенным сервисом визуализации:







Ну, а взаимоотношения Георгия Людомировича Менткевича и Джамили Муратовны Алиевой визуализированы на странице Фонда "Настенька" в Facebook -  безо всяких сервисов и довольно понятно, на мой взгляд:



!!! В этом лагере только один вождь Менткевич Настенька с подписями.png


Как мне кажется, понимать взаимоотношения госпожи Алиевой, господина Менткевича и ассоциации "Все вместе" может оказаться полезно, в свете текущих событий. Так что, пусть это будет тут, под рукой.

Вернуться к оглавлению




Направил запрос Председателю Благотворительного фонда «Настенька» Алиевой Джамиле Муратовне


Председателю Благотворительного
фонда «Настенька»
Алиевой Джамиле Муратовне


Здравствуйте, уважаемая Джамиля Муратовна.

Наше издание проводит журналистское расследование ситуации вокруг НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина.

В ходе этого расследования мы обнаружили, что Вы предприняли ряд действий, в результате которых БФ «Настенька» почти оказался одной из сторон конфликта в этом государственном медицинском учреждении.

В связи с этим, нам хотелось бы прояснить ряд общественно значимых моментов в работе Благотворительного фонда, возглавляемого Вами.

Поскольку Вы декларируете абсолютную прозрачность фонда (что соответствует и самим основам существования структур, собирающих с граждан и юридических лиц деньги и тратящих их далее самостоятельно на уставные цели), Вы наверняка сможете помочь нам прояснить эти выпавшие из общественного внимания аспекты.


Проясните, пожалуйста, следующие вопросы.

1. Каким образом можно ознакомиться с закупочными ценами на медицинское оборудование, лекарственные средства и изделия медицинского назначения, которые закупал БФ «Настенька» и впоследствии передавал медицинским учреждениям?

2. Каковы процедуры закупки медицинского оборудования и лекарственных средств и изделий медицинского назначения Благотворительным фондом «Настенька»?
Кем контролируется их соблюдение?
Где можно ознакомиться с этими процедурами, в прошлом и в настоящее время?

Например, государственные учреждения (да и многие частные) проводят открытые аукционы.
А как поступал БФ «Настенька», декларирующий открытость и прозрачность в помощи детям?

Этот вопрос связан с тем, что, к большому сожалению, после множества коррупционных скандалов при закупках дорогостоящего оборудования, лекарств и изделий медицинского назначения, общественность рассматривает непрозрачные закупки с непроверяемыми ценами как нишу, потенциально коррупционную и связанную с «откатами».
Эта проблема существует объективно, и Вы как человек, почти 20 лет связанный с рынком медицинского оборудования, лекарственных средств и изделий медицинского назначения наверняка сами понимаете, что нет иного варианта избежать подобных гипотез, кроме как показать, что было в реальности.

3. Кто являлся в различные периоды деятельности БФ «Настенька» Председателем попечительского совета фонда, о котором говорится в п.9 Устава БФ «Настенька»?

4. Кто входил в различные периоды деятельности БФ «Настенька» в Совет фонда о котором говорится в п.7 Устава БФ «Настенька»?

Мы полностью разделяем желание руководства Благотворительного фонда «Настенька» показать общественности что Фонд «Настенька» - не только один из старейших благотворительных фондов, но и один из прозрачнейших, честнейших и полезнейших.

Поэтому надеемся, что Вы предоставите исчерпывающую и проверяемую информацию по заданным вопросам и мы с Вами вместе покажем её общественности. Не голословно и эмоционально, а конкретно – с фактами, штуками изделий и рублями их стоимости.

С уважением,
Евгений Ющук,
Главный редактор сетевого издания Интермонитор
тел. +7-950-641-06-09

Вернуться к оглавлению



Любопытная деталь к конфликту в Онкоцентре им. Блохина: против Стилиди бросили большие деньги


Враги Стилиди включили «черный пиар» на специализированных «компроматных» ресурсах. А он недешев и используется только тогда, когда имеется явный интерес, там или иначе финансовый. Потому что, это приличные затраты – а значит их, вероятно, рассчитывают «отбить». Подробности – в этом материале.

Очень, очень интересно развиваются события, которые «простые врачи» (а на самом деле два довольно высокопоставленных гражданина - замдиректора из старой команды управленцев) попытались представить как борьбу за правдуЪ (при этом почему-то оболгав ряд высококлассных специалистов, наговорив гору всевозможной неправды и кажется, отметившись в переходе актива от Общества детских онкологов к одному из активистов).

Вот эти обстоятельства, вскрывшиеся при перепроверке информации, исходящей от «активистов», на мой взгляд, говорят о неком корыстном интересе, а вовсе не о борьбе за справедливость.

Сегодня ощущение, что активность против Ивана Стилиди имеет целью восстановление не справедливости, а доступа к денежным потокам, обрело новую опору.

Напомню, что Стилиди наводит порядок в Онкоцентре им. Блохина, который, согласно данным СМИ, уже лет 10 как погряз в коррупции и поборах с пациентов. Вот, к примеру, материал 2011 года, и таких немало.





Так вот, сегодня в одном из СМИ класса «сливной бачок», публикации в котором стоят несколько тысяч долларов, вышел очень забавный материал в отношении Стилиди. Про «активистов» там говорится мало – видимо, эта тёплая компания с орбиты сходит, после того, как стали понятны многие эпизоды их вранья.

Зато там рассказывается, что, наверное, Стилиди что-то банчит со строительной конторой СУ-200. Потому что, по мнению авторов, у этой конторы уставник 10 тыс. руб., а прошли через нее миллиарды. И, мол, как Стилиди, наверное, им эти миллиарды отправлял.

Ну, что я могу сказать…

Во-первых, если некто тратит тысячи долларов на негативно-имиджевые материалы против Стилиди – значит, вероятно намерен их отбить. Это первое.

И второе. Похоже, на Стилиди у оппонентов нет вообще ничего. Ну, то есть совсем.


Потому что, во-первых, контора УС-200 существует с 1998 года и никак не может быть однодневкой (данные из Контур.Фокус).



Во-вторых, это именно она строит в Онкоцентре им. Блохина тот самый недострой с 1990-х, который сейчас вытягивает в завершение строительства Стилиди.

Кстати «активисты» ничего умнее не придумали, чем пенять на недострой Стилиди. Это при том, что Стилиди стал директором Онкоценра им. Блохина в самом конце 2017 года (можно сказать, в 2018-м), а Менткевич и Попа при этом недострое успели состариться и не знать о его истории ну никак не могли.

А, в-третьих (и в главных, пожалуй), лучшие, «тучные» времена для УС-200 были явно до Стилиди. К Стилиди они, скорее, уж претензии иметь должны были бы – если посмотреть их отчетность :)





Хотя я отметил бы важный момент. Фирма УС-200 вполне масштабно работает по всей стране – судя по участию ее в тендерах на госзакупках, это явно не карманная структура с единственным клиентом.
И явно не только госклиентами занимается. Однодневки по 20 лет не живут, как, впрочем и компании с однозначно плохой репутацией.


Вот так и вырисовываются истинные цели «борцов за справедливость», кто бы они ни были – те, что в «картинке» на экране, или те, кто за ними «кукловодит».
С приличными бюджетами на платные негативно-имиджевые публикации.

Ну и напомню, что непосредственно по «простым врачам» из числа "активистов" копятся довольно серьезные вопросы:

- журнал Российского общества детских онкологов вдруг уплыл в частные руки лидера "активистов" Максима Рыкова (и там есть признаки подделки подписи академика Полякова);

- активисты сочиняли, что Светлана Варфоломеева им хамила и принуждала увольняться - но в аудиозаписи, скрытно сделанной самими "активистами" и затем слитой в Интернет слышно ровно противоположное;

- активисты оболгали талантливого молодого трансплантолога, известного в мире учерного Кирилла Киргизова, выставляя его неспециалистом в трансплантологии и отрицая его всемирно признанные достижения (так "активисты" пытались создать у общественности иллюзию, что Иван Стилиди вместо ценного кадра Георгия Менткевича назначил какого-то непонятного мальчика);

- в отделении "активиста" Попы (входит в подразделение "активиста "Менткевича) были выявлены смертельно опасные грибы, и даже умер ребенок имено от грибковой инфекции. Причем на ремонте зараженых помещений настаивала Варфоломеева - когда об этом узнала. И ее же "активиств" попытались обвинить в это плесени (это ровно та же тактика, как обвинение Стилиди в 20-летнем недострое).

Вернуться к оглавлению



"МК": Что стоит за конфликтом в НИИ детской онкологии. Демарш на Каширке

В последнее время массовые увольнения и коллективный исход врачей стали новой приметой российской действительности и современной медицины. Однако, увы, далеко не всегда люди в белых халатах руководствуются интересами справедливости и пациентов. Порой в основе трудовых конфликтов обнаруживаются весьма корыстные интересы.

Несколько детских онкологов с шумом и скандалом уволились из одного из самых известных федеральных заведений — НИИ детской онкологии, которое входит в структуру Онкоцентра имени Н.Н.Блохина. Маленькие пациенты в одночасье остались без помощи и наблюдения, но на первый взгляд отчаяние медиков выглядело убедительно. Претензий у уволившихся было немало: платят мало, работать невозможно, руководство плохое… Но расследование «МК» показало, что причина конфликта может таиться глубже.

Главные претензии «бунтовщики» предъявили к вновь назначенному директору НИИ — Светлане Варфоломеевой, которую они обвинили в ужесточении производственной дисциплины, урезании и непрозрачности зарплат.

Надо объективно отметить, что доктор Варфоломеева имеет высокий авторитет в мире онкологии, считается признанным экспертом и талантливым врачом. Придя в институт, она обратила внимание на странную вещь: один из сотрудников отделения (Георгий Менткевич) является учредителем благотворительного фонда «Настенька», через который проходят серьезные финансовые потоки. Речь идет о десятках миллионов рублей спонсорских средств ежегодно.

Особенно любопытно то, что помещение фонда находится в самом НИИ, буквально в соседнем кабинете с упомянутым врачом. Юридически фонд зарегистрирован по этому же адресу. Через фонд оплачиваются главным образом операции по аутологичной (с использованием собственных клеток пациента) трансплантации костного мозга у детей — иными словами, тот вид трансплантаций, который полностью покрывается государственными квотами.

И вот что любопытно: каждый год в отделении проводили 50 таких трансплантаций, а квот на покрытие такой помощи государством заказывалось не более 20. Обычно врачи поступают иначе: заказывают больше чем нужно, потому что государство может дать меньше.
Здесь же заказывали заведомо меньше реальной потребности. В результате НИИ недополучал бюджетные средства на высокотехнологичную медпомощь — и эти операции оплачивал фонд.

Ситуация выглядит странно, ибо обычно фонды помогают с оплатой того, в чем государство отказывает. Можно, конечно отговариваться: мол, экономили бюджетные средства. Здесь же у государства денег даже не просили.

Бессмысленность этой схемы, безусловно, обращает на себя внимание, что и заметила Варфоломеева. Деятельность фонда вызывает немало вопросов, и неплохо было бы разобраться в ней более пристально.
Особенно если учесть, что, несмотря на его существование, многих родителей просили покупать детям препараты самостоятельно, в том числе очень дорогие, о чем они сообщали СМИ в ходе этого конфликта.

Можно предположить, что когда дело запахло жареным и появилась реальная угроза отлучиться от кормушки фонда, врачи решили переключить внимание на другое. Формальным поводом стало сокращение заработных плат в июле. В руководстве центра подтвердили, что сокращение имело место, и оно было вызвано техническими причинами.
Однако уже с августа все вернулось на круги своя. К тому же зарплаты врачей федеральных медучреждений, находящихся в Москве, сложно сравнивать с заработками бастующих докторов из регионов. «МК» запросил в Онкоцентре имени Н.Н.Блохина данные о размерах заработных плат четырех зачинщиков конфликта — примечательно, что их заработки варьировались от 150 до 600 тысяч рублей в месяц.

Кстати, репутация одного из «бунтарей» слегка пошатнулась после еще одной неприятной истории, которая вскрылась задолго до начала конфликта. Когда известный детский онколог, советник директора Института детской онкологии, завкафедрой детской онкологии РМАПО Владимир Поляков вдруг после отпуска обнаружил, что научный журнал Российского общества детских онкологов (РОДО), где он является главным редактором, был без его ведома перерегистрирован на частное лицо — Максима Юрьевича Рыкова, врача-«бунтаря» из НИИ, кстати, ученика Полякова.

Журнал был учрежден РОДО в 2014 году, но с июня 2019 года неожиданно сменил учредителя.

«Я вышел из отпуска и стал заниматься новым номером, когда обнаружил, что журнал перерегистрирован на какое-то частное лицо. Я послал запрос в Роскомнадзор и получил ответ: журнал перерегистрирован от имени главного редактора, то есть меня (!), на Максима Юрьевича Рыкова. Однако я такую инициативу не проявлял и никаких документов не подписывал. С этим нужно разбираться юристам».

Зачем это было сделано — можно только предполагать. Например, журнал входит в перечень ВАК, то есть ценится специалистами: в нем можно делать публикации для защиты диссертаций. Чтобы публиковаться в ваковских журналах бесплатно, «соискантам» обычно приходится ждать… В общем, выводы напрашиваются сами собой.

Кстати, многие врачи в этой ситуации коллег не поддержали. Так, известный доктор Леонид Рошаль назвал ее «безобразием», так как такой демарш ставит под угрозу здоровье детей, и посоветовал искать другие пути решения конфликта. Доктор Поляков придерживается схожей позиции: «Такие действия неэтичны. Подобные вопросы не решаются конфронтацией и ультиматумами: либо мы, либо новый директор. Врач должен думать в первую очередь о пациентах».

https://www.mk.ru/social/2019/10/17/chto-stoit-za-konfliktom-v-nii-detskoy-onkologii.html

Вернуться к оглавлению



Меня попросили прокомментировать статью "Мы что, крепостные, что ли?!" Евгения Журавеля. ОК, вэлкам

Вынес из комментов в соцсети:

///Евгений-Леонидович, а вот это фейк или что ? https://vk.com/wall-158006400_54165 ///

Смотря в чем. Тезис : "Уволились все врачи", - фейк. Отделение работает без Менткевича и старого состава вполне себе нормально.

Тезис: "Его уволили", - тоже фейк, он и не скрывает, что сам ушел, но у него это как-то уживается.

Тезис о хамящей Варфоломеевой... Ну вот аудиозапись, сделанная скрытно (это важный момент) заведующим отделением Александром Попой.
Причем Попа знает, что ведет запись, а Варфоломеева - не знает.
Послушайте сами, как Варфоломеева хамит и увольняет людей:
https://vk.com/@-187557622-varfolomeeva-hamila-i-trebovala-ot-aktivistov-uvolitsya-nu-d


Далее. Вот, доктор по Вашей ссылке заявляет, что ему неправда не нравится. Это похвально.
Ну давайте тогда посмотрим, кто на самом деле Кирилл Киргизов, который якобы не гематолог, а невролог и якобы никакой не специалист (это публичная версия Рыкова):
https://vk.com/@onkocentrblokhina-kto-takoi-kirill-kirgizov-onkocentr-im-blohina-kirgizov-spec

Ну и давайте взглянем, как уплыл в частные руки "активистов" журнал Общества детских онкологов, а Менткевич не оформлял должным образом заявки на квоты. Почему-то у "любителя правды" по Вашей ссылке об этом нет ни слова, а это важный момент:
https://vk.com/@onkocentrblokhina-mk-chto-stoit-za-konfliktom-v-nii-detskoi-onkologii-demarsh

Вернуться к оглавлению



Далее будет: "Сегодня все мы Попы" - с ударением на первый слог, в честь активиста Александра Попы?


И подзаголовок: "Проклятый Путин не дает заработать на больных раком детях. Сколько можно терпеть этот беспредел"!

Потом подтянется ручной портал "Этакие делишки" с тезисом: "Это какой цинизм, выдавать под сотню квот, которые проходят мимо карманов людей со светлыми лицами"

Навеяно вот этим:




P.S. А если серьёзно - очень хорошо, что над этими клоунами начинают откровенно ржать.
Не надо было "активистам" из Онкоцентра им. Блохина так оголтело врать. Ох, не надо было.

Даже если им и правда стало страшно, что всерьёз спросят за ребёнка, умершего от грибка в заплесневелом отделении Попы (находящемся в Институте у Менткевича), или за то, как это так уплыл в частные руки Рыкова научный журнал Российского общества детских онкологов.
А тем более - если просто стало обидно, что кормушку заставляют прикрыть и работать как положено - через государственные процедуры.

Ведь всё равно спросят, но хоть на мужиков оставались бы похожи - отвечающих за свои поступки.

А кем теперь эта спевшаяся компашка войдёт в историю российской медицины - бооооольшой вопрос... Кем она войдет в историю российского пиара - уже понятно: примером того, что не надо врать, если намерен опереться на общественное мнение, потому что каждый чих и каждый вяк будет проверен - и показан.

Вернуться к оглавлению


Максим Рыков признал, что переписал журнал лично на себя. Объяснил в духе: "Ну переписал, и чё?"

Максим Рыков вслух признал, что переписал журнал Российского общества онкологов с Общества лично на себя. Объяснил в духе: "Ну переписал, и чё?".

Но то, что там подпись Полякова стоит - отрицает.

А когда Поляков спросил Роскомнадзор о том, почему журнал переписан на Рыкова - получил ответ, что там подпись Полякова. Которую тот не ставил.

Тут одно из двух: или Роскомнадзор врёт в ответ на запрос Полякова(!) об обстоятельствах перехода журнала от Российского общества онкологов лично к Рыкову (а зачем ему это?), либо уголовное дело по подделке документов становится всё более вероятным.



Наблюдаем.

Вернуться к оглавлению



А Попа с Менткевичем выставили себя... ну сами определите кем. Я просто расскажу

Менткевич сегодня вслух разглагольствовал журналистам о том, что у него в отделении не было грибов. Вот, не было - и всё. Было прекрасно просто.

Через 15 минут Попа рассказал, что грибы в его (Попы) отделении были, но они не потому, что там плесень, а с улицы, потому что там Каширка. И потому что вентиляция в 70-е, когда строился Онкоцентр, строилась не как сейчас.
И поэтому, по мнению Попы, без грибов ну никак невозможно, но он, Попа, в этом не виноватый.

Я не знаю,чем думали эти два взрослых мужчины, рассказывая это журналистам. Но отмечу, что оба отделения совершенно очевидно находятся на одно и той же Каширке, в одном и том же здании.

Прекрасные люди.

P.S. Впоследствии Менткевич попытался рассказать, что отделение трансплантации костного мозга строила немецкая компания. И что у других отделений - всё так же, как у Попы в отделении.
Почему ребенок умер при этом от грибка именно у Попы, где плесень, которую выявила и потребовала ремонта Варфоломеева - Менткевич пояснять не стал.

Вернуться к оглавлению



Есть очень простой, понятный критерий того, что Менткевич и Попа действительно устарели и "замшели"

Это успех Онкологического  Центра им. Дмитрия Рогачёва.




Будь Менткевич и Попа такими расчудесными специалистами, как он сами себя расхваливают (при том, что у экспертов об их методах совершенно другое мнение) - с учетом того, что Онкцентр им. Блохина стартовал намного раньше, чем Центр Рогачева, Менткевич бы был далеко впереди "рогачёвцев".

Однако произошло ровно противоположное.

Полагаю, это очевидный даже для неспециалистов в медицине критерий того, чьи методики лучше - не со слов самих фигурантов, а по объективным критериям.


Более тог, в аудиозаписи, которую тайно сделал Попа, слышно, как "плохая" Варфоломеева говорит ему, что планирует сделать на базе Онкоцентра им. Блохина большой Центр онкогематологии. С разными методами лечения.

https://youtu.be/PSQMrNesQQY



Правда, как я понимаю, это требовало бы от Попы много работать, да еще в условиях открытой конкуренции. Вероятно, это его сильно напугало - раз он в беседе энтузиазма не проявил, а потом и вовсе сбежал. Это к вопросу, как Попа вообще относится к лечению детей.

О том, как другой "активист" прямо заявлял, что не собирается лечить детишек, у которых невысокий (но вполне реальный!) процент успеха - тем самым приговорив их к смерти - я уже показывал:


https://youtu.be/pJw-Tak21OU

Вернуться к оглавлению




Похоже, проверять слова Максима Рыкова становится нормой. И он неизбежно сольётся (а может, и сядет)

НМИЦ им. Н.Блохина запросил на 2020 г. в четыре раза больше квот на трансплантацию костного мозга детям

Агентство городских новостей Москва:

Национальный медицинский исследовательский центр (НМИЦ) онкологии им. Н.Блохина запросил на 2020 г. в четыре раза больше квот на трансплантацию костного мозга детям по сравнению с 2019 г. Об этом Агентству городских новостей «Москва» сообщили в пресс-службе онкоцентра.

«Мы существенно увеличили количество запрашиваемых квот, мы запросили 85 квот на трансплантацию. Из них 25 - на аллогенную. Это в четыре раза больше, чем заказывалось ранее. Кадровых проблем у нас нет. Трансплантации успешно проводятся. И отделение мы не закроем», - сказали в пресс-службе.

Ранее 18 октября бывший заместитель директора НИИ онкологии и гематологии НМИЦ им. Н.Блохина Максим Рыков сообщил журналистам, ссылаясь на свои источники в институте, что из-за кадровых проблем на 2020 г. администрация онкоцентра будет запрашивать пять трансплантационных квот вместо 26.

30 сентября детские онкологи центра опубликовали на видеохостинге YouTube обращение, в котором заявили, что готовы уволиться, если их не перестанет «травить» новое начальство и не начнут начислять зарплату прозрачным образом. В этот же день в связи с этим в онкоцентре прошла пресс-конференция руководителей, которые проинформировали о состоянии дел в НИИ детской онкологии и гематологии. 1 октября директор центра Иван Стилиди сообщил, что пятеро врачей отделения трансплантации костного мозга написали заявления об увольнении.

https://www.mskagency.ru/materials/2937595


То же - в других СМИ:




https://russian.rt.com/russia/news/678349-onkocentr-blohina-kvoty-transplantaciya

Вернуться к оглавлению



Краткий итог пресс-конференции отлучённых от кормушки

Менткевич Георгий, Рыков Максим, Васильева Анаставия, Онкоцентр Блохина, Альянас врачей, Пресс-конференция
Коллаж: скриншот из видео с Пресс-конференции, фото издания"Коммерсант" к статье о пресс-конференции от 18.10.2019 г.

Вернуться к оглавлению



Ситуация с переходом журнала Общества детских онкологов в руки лично Рыкова - на данный момент

Вынес из комментариев.

Разъяснения от Рыкова, который неоднократно попадался на откровенном вранье (вот типичный пример), я предпочитаю посмотреть в виде показаний у следователя.
Выслушивать его очередные блаблаблашечки не вижу никакого смысла, т.к. они запросто могут не коррелировать с реальностью от слова совсем.

Вчера, к примеру, Рыков на пресс-конференции признал, что сам переписал на себя журнал. Но отрицал, что сделал это с использованием подписи Полякова.

При этом невозможно заподозрить во лжи Роскомнадзор: в отличие от Рыкова, он сторона незаинтересованная, да ещё и государственная, официальная.



Таким образом, на данный момент мы имеем следующие факты:

1. На сайте РКН в июне 2019 г. появилась запись, что журнал Российского Общества детских онкологов "Онкопедиатрия", принадлежавший Обществу с 2014 года, перешел от Общества к Рыкову.
При этом никаких анонсов в публичном поле я не увидел. Т.е., журнал сменил собственника тихо.

2. Руководитель Общества детских онкологов и одновременно Главный редактор журнала академик Поляков обратился за разъяснениями в Роскомнадзор.

3. Роскомнадзор сообщил Полякову, что из поступивших в РКН документов следует, что журнал перешел от Общества к Рыкову на основании двух подписей самого Полякова.
При этом академик Поляков утверждает, что ничего такого не планировал и не подписывал. Да и вопрос РКН сам Поляков и задал.

4. Рыков вчера признал, что журнал перешел к нему, сказал, что сам всё осуществил, на Полякова вообще не ссылался - т.е., по сути, заявил нечто вроде: "Ну да, перешел ко мне журнал, и чё?"

5. Поляков сказал, что будет обращаться к Обществу за позицией о возврате журнала и затем - если такая позиция будет озвучена, займется этим.

Помимо комментария мне, кстати, Поляков позже дал комментарий похожего содержания "Московскому комсомольцу":

«Я вышел из отпуска и стал заниматься новым номером, когда обнаружил, что журнал перерегистрирован на какое-то частное лицо. Я послал запрос в Роскомнадзор и получил ответ: журнал перерегистрирован от имени главного редактора, то есть меня (!), на Максима Юрьевича Рыкова. Однако я такую инициативу не проявлял и никаких документов не подписывал. С этим нужно разбираться юристам».
https://www.mk.ru/social/2019/10/17/chto-stoit-za-konfliktom-v-nii-detskoy-onkologii.html


Вернуться к оглавлению



Позиция Светланы Варфоломеевой в конфликте Онкоцентра им. Блохина (прямая речь)

Директор НИИ детской онкологии и гематологии Светлана Варфоломеева в разговоре с корреспондентом «Московской газеты» пояснила: «есть официальные данные эпидемиологического исследования, свидетельствующие о наличии в отделении трансплантации плесневых грибов — по крайней мере, с 2018 года. Эти документы, по словам Варфоломеевой, имеются в распоряжении комиссии».

Также Светлана Рафаэлевна подтвердила информацию о смерти ребенка из-за грибкового процесса — это произошло в отделении гематологии. Сейчас, по ее словам, в отделении идет ремонт, в том числе и системы вентиляции.

«Для меня этот конфликт иррационален…»

Корреспондент «Московской газеты» побеседовал со Светланой Варфоломеевой о том, что, на ее взгляд, стало причиной конфликта в одной из крупнейших онкологических клиник страны.

— Постоянно педалируется мысль, что этот конфликт внутри института детской онкологии, — говорит Светлана Рафаэлевна. — Но не может быть конфликта в институте детской онкологии, если в нем участвуют неработающие там люди.

— Как это — неработающие?

— Отделение трансплантации, сотрудники которого являются главными действующими лицами, выведено из структуры детского НИИ, оно мне не подчиняется. Поэтому я не могу административно давить на тех, кто в нем работает. Я ни с кем не конфликтовала, я вообще не сторона конфликта, потому эта ситуация для меня абсолютно иррациональная. Должна быть работа — планомерная, открытая, чтобы в обсуждении лечения пациентов и объемов финансирования принимали участие все стороны этого процесса.

— Были разговоры о том, что вы ужесточили дисциплинарные требования к сотрудникам…

— Мне сложно судить о том, что было раньше, но я не ужесточала никаких требований, а привела их к тому стандарту, который должен быть. У нас нет дисциплинарных взысканий, наказаний, выговоры тоже никому не объявлялись. Рабочий день начинается в 8:30, заканчивается в фиксированное время.

— В своем выступлении на пресс-конференции в «Росбалте» Георгий Менткевич отверг все претензии к благотворительному фонду «Настенька», членом попечительского совета которого он является. Менткевич заявил, что именно фонды оплачивают трансплантации, когда квоты исчерпаны, и вся их деятельность абсолютно прозрачна.

— Пожалуйста, так и напишите: нет ни одного моего интервью или прямой речи о том, что фонд «Настенька» — плохой или недобросовестный. И когда Иван Стилиди рассказывал о каких-либо схемах, он говорил не о работе фонда. У нас есть несколько пресс-релизов о распределении денег, поступивших от фондов — это вопрос работы центра. Я с огромным уважением отношусь к фонду «Настенька» и к другим благотворительным фондам. Могу предположить, что в медиаполе вбрасывается недостоверная информация, чтобы настроить благотворительные организации против меня и моих коллег, чтобы накалить обстановку еще больше. Например, буквально накануне пресс-конференции в одном из крупных изданий вышла статья, где абсолютно неверно и однобоко трактуется наша позиция. Вы думаете, это произошло случайно?

— На пресс-конференции прозвучала мысль, что вы можете запросить всего 5 квот на детскую трансплантацию.

— Мы запросили 85 квот на детскую трансплантацию — это в четыре раза больше, чем было ранее.

— Почему, на ваш взгляд, конфликт не только не утихает, но, наоборот, разгорается с новой силой?

— Я не знаю. У меня нет ни времени, ни сил этим заниматься. Я занимаюсь своей работой — организовываю лечебный процесс и сама в нем участвую. Это, на мой взгляд, важнее.

Источник: издание "Московская газета" https://mskgazeta.ru/obshchestvo/konflikt-v-nmic-imeni-blohina-spravedlivye-pretenzii-ili-raskachivanie-lodki-.html

Вернуться к оглавлению



Логика "активистов" Центра им. Блохина: "Назло маме отморожу уши", - плавно ушла в "Плач Ярославны"

Более всего, надо сказать, пострадали молоденькие дурочки, которые слепо поверили своим теперь уже бывшим начальникам. И не очень молодые дурочки - тоже.

А менее всех пострадал на данный момент, я считаю, гражданин Рыков Максим Юрьевич - который перед уходом перерегистрировал на себя журнал Российского общества детских онкологов:



Правда у Рыкова, на мой взгляд, намечаются серьёзные проблемы, в связи с неправильным пониманием им распределения ролей собственника и исполнительного директора. Но это если и будет, то позже.
А пока он пострадал несильно, востребованным научным журналом вот прирос.  Если не будет заморачиваться моралью (а он точно не будет- я в него верю) - то вполне может заработать на платном размещении статей в этом издании.

Гражданин Менткевич Георгий Людомирович, который "ударно" трудился аж на 5 (пяти) койках, тогда как конкуренты из Центра Рогачёва делали в несколько раз больше трансплантаций, чем Менткевич, но при этом не провозглашали себя гениями (в отличие от), пока, я считаю, тоже пострадал не особо.
Он и раньше не перетрудился, на пяти койках-то, но зато у него остался Благотворительный фонд.
Фонд Менткевича, я думаю, как раньше осваивал бюджеты (в буквальном смысле, без негативных коннотаций) - так и продолжит осваивать. Ну, может, переедет в другой офис, отнеся затраты на аренду на смету, да и всё.
Ему с Джамилёй Алиевой хватит не только на хлеб, но и на пирожные.

Вот, кто, пожалуй, действительно стал жертвой собственной то ли эмоциональности, то ли каких-то других моментов - это Александр Валентинович Попа. Реально хороший врач, опытный, умелый.
Сейчас молоденькие дурочки пытаются рассказывать, как он пострадал - у него дети, а он уволился.

Девчули... Читая ваши стенания, вспоминаю фразу из какого-то фильма: "Умная ты девка, но такая дура"! Потому что, милые мои, хорошие, Александра Попу никто не увольнял. Наоборот, его убеждали продолжить работу. Более того, говорили что будет создан большой центр, где работы хватит всем, еще и набирать докторов придется.

Не верите? Ну послушайте: Попа сам это в Сеть выложил. Это его беседа со Светланой Варфоломеевой, скрыто записанная Попой (т.е., Попа знал, что ведет запись, а Варфоломеева этого не знала):





Однако в чем прав ваш, девочки, сослуживец, написавший что вы не крепостные - это как раз в том, что вы правда не крепостные. У нас в стране рынок труда. Спрос и предложение. Вас не могут заставить работать, если вы настаиваете на том, чтобы уволиться.
Ну вот, вы уволились. Теперь походите по рынку, поищите, где лучше.

Не найдете в Москве (ну вдруг) - езжайте в регионы, там вам реально дадут широкие возможности. Правда есть нюанс: прохлаждаться на малом количестве коек, любуясь в зеркале короной, может не получиться. Надо работать. Работать много. Но тем, кто любит свою работу - это всегда в радость.

Тут вам, девочки, виднее, кем вы себя ощущаете.
Не хотите быть детскими онкологами - будьте взрослыми.
Не хотите быть вообще онкологами - вэлкам на первичную специализацию и становитесь хоть венерологами, хоть психиатрами, хоть хирургами (если руки растут правильно, конечно).
Не хотите медицины - перед вами огромный спектр других профессий.

Вы не крепостные. Но это означает, что вы сами себе хозяева. И сами (это важно) несете ответственность за то, какой путь выбрали.

И да, девочки, не надо лицемерить. Не надо рассказывать, как вам из-за забора жалко детей, которых вы оставили в Онкоцентре. На этих больных детей, барышни, вам на самом деле наплевать. Было бы вам не наплевать на них - вы бы не хлопали дверью, а их лечили. Но у вас же гордость, эмоции, любовь к начальнику (и производное от этой любви -  тараканы в голове, какие методики правильные, а какие нет - без учета реальности).
Так что в этой части ваши слёзы - крокодиловы, уж извините за прямоту.

Так что, хватит ныть и жить прошлым, подобно алкоголикам. Хватит собирать слухи о том, что делается в Центре им. Блохина, т.к. это делается уже без вас, а, собирая глупости (особенно, выдуманные Рыковым или Навальнятами) вы рискуете прослыть немножко ненормальными и сильно неадаптированными социально очень скоро.
И тогда вам придется искать себе работу там, где вообще работать совсем некому и берут всех (как правило, это далеко от Москвы и не очень комфортно в бытовом плане).

Навальнята вас с удовольствием используют, а затем спокойно и выкинут, как использованный кондом.

И что вы потом делать будете? Плакать? Так вы посмотрите на вещи реально: ещё ничего не успело произойти, кроме вашего добровольного и демонстративного (а я бы сказал, откровенно хамского) ухода, еще не стало очевидным, что с уходом ваших начальников Онкоцентр им. Блохина разовьётся намного лучше, чем при них, замшелых и погрязших в тине - а вы уже затянули "Плач Ярославны". Что же с вашей психикой дальше будет, при такой динамике?


Помните: вы не крепостные, поэтому сами выбираете свой путь, сами принимаете на себя все риски своего выбора и сами пожинаете результат. Будет этот результат положительным, или отрицательным - тоже ваша личная удача (или проблема).

Успехов!

Вернуться к оглавлению




Вопросы, на которые не ответил Благотворительный фонд «Настенька» и его руководитель Джамиля Алиева

16 октября 2019 года, желая разобраться в том, как работает Благотворительный фонд «Настенька», ставший активным участником скандального демарша своего учредителя Менткевича Георгия Людомировича в Онкоцентре им. Блохина, редакция Интермонитора направила в адрес Джамили Алиевой запрос.

Наши вопросы были направлены на официальные адреса фонда «Настенька» и, согласно данным почтового сервера, 16 октября 2019 г. в 09 ч. 38мин. были доставлены адресату.

Вот его полный текст:


Председателю Благотворительного

фонда «Настенька»

Алиевой Джамиле Муратовне

Здравствуйте, уважаемая Джамиля Муратовна.

Наше издание проводит журналистское расследование ситуации вокруг НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина.

В ходе этого расследования мы обнаружили, что Вы предприняли ряд действий, в результате которых БФ «Настенька» почти оказался одной из сторон конфликта в этом государственном медицинском учреждении.

В связи с этим, нам хотелось бы прояснить ряд общественно значимых моментов в работе Благотворительного фонда, возглавляемого Вами.

Поскольку Вы декларируете абсолютную прозрачность фонда (что соответствует и самим основам существования структур, собирающих с граждан и юридических лиц деньги и тратящих их далее самостоятельно на уставные цели), Вы наверняка сможете помочь нам прояснить эти выпавшие из общественного внимания аспекты.

Проясните, пожалуйста, следующие вопросы.

1. Каким образом можно ознакомиться с закупочными ценами на медицинское оборудование, лекарственные средства и изделия медицинского назначения, которые закупал БФ «Настенька» и впоследствии передавал медицинским учреждениям?

2. Каковы процедуры закупки медицинского оборудования и лекарственных средств и изделий медицинского назначения Благотворительным фондом «Настенька»?

Кем контролируется их соблюдение?

Где можно ознакомиться с этими процедурами, в прошлом и в настоящее время?

Например, государственные учреждения (да и многие частные) проводят открытые аукционы.
А как поступал БФ «Настенька», декларирующий открытость и прозрачность в помощи детям?

Этот вопрос связан с тем, что, к большому сожалению, после множества коррупционных скандалов при закупках дорогостоящего оборудования, лекарств и изделий медицинского назначения, общественность рассматривает непрозрачные закупки с непроверяемыми ценами как нишу, потенциально коррупционную и связанную с «откатами».
Эта проблема существует объективно, и Вы как человек, почти 20 лет связанны с рынком медицинского оборудования, лекарственных средств и изделий медицинского назначения наверняка сами понимаете, что нет иного варианта избежать подобных гипотез, кроме как показать, что было в реальности.

3. Кто являлся в различные периоды деятельности БФ «Настенька» Председателем попечительского совета фонда, о котором говорится в п.9 Устава БФ «Настенька»?

4. Кто входил в различные периоды деятельности БФ «Настенька» в Совет фонда о котором говорится в п.7 Устава БФ «Настенька»?

Мы полностью разделяем желание руководства Благотворительного фонда «Настенька» показать общественности что Фонд «Настенька» — не только один из старейших благотворительных фондов, но и один из прозрачнейших, честнейших и полезнейших.

Поэтому надеемся, что Вы предоставите исчерпывающую и проверяемую информацию по заданным вопросам и мы с Вами вместе покажем её общественности. Не голословно и эмоционально, а конкретно – с фактами, штуками изделий и рублями их стоимости.

С уважением,
Евгений Ющук,
Главный редактор сетевого издания Интермонитор
тел. +7-950-641-06-09




Ответа мы не получили по сей день. О причинах можно только догадываться. Искренне надеемся, что причина молчания фонда «Настенька» по этим общественно значимым вопросам — не в коррупционных проявлениях, с которыми порой связывают работу некоторых фондов, а в чем-то ином — менее одиозном.

Напомним, что в Онкоцентре им. Блохина произошел конфликт, который, по мнению инсайдеров, знакомых с ситуацией, а также по версии руководителя Онкоцентра им. Блохина — Ивана Стилиди, лишь маскировался под заботу о пациентах, а на деле был связан с мотивами, скорее, корыстными.
Об этом немало писали различные средства массовой информации, в т.ч. очень крупные.

В настоящее время конфликт прекратился, в связи с тем, что его инициаторы уволились, громко хлопнув дверью напоследок.

Однако остался, как минимум, один вопрос, к которому еще предстоит вернуться — и не исключено, что с участием правоохранительных органов. Речь идет об обстоятельства перехода ценного актива российского общества детских онкологов (РОНО) — журнала «Онкопедиатрия» в частные руки.
В частности, журнал «Онкопедиатрия» оказался единоличной собственностью одного из главных инициаторов скандала в Онкоцентре им. Блохина — Рыкова Максима Юрьевича, что признал сам Рыков. Впрочем, признание или непризнание Рыковым этого события мало что меняет, т.к. данный факт зафиксирован в официальных документах Роскомнадзора:






На таком фоне молчание благотворительного фонда «Настенька» по столь важным темам, как закупочные цены на оборудование, лекарства и товары медицинского назначения, которые проходили через фонд «Настенька» на пути к больным онкологией детям, работает, на наш взгляд, «в минус» фонду.

Ведь у меценатов большой выбор тех, кому они могут доверить свои деньги, чтобы быть уверенными в том, что эти деньги максимально полезно дойдут до детей, нуждающихся в помощи.

В этом смысле, у благотворительных фондов существует определенная конкуренция. И любая непрозрачность в работе благотворительного фонда — дополнительный риск проиграть в конкуренции за деньги меценатов.

Впрочем, чем больше денег попадет в полностью прозрачные фонды, не боящиеся рассказать о закупочных ценах и процедурах закупок — тем, вероятно, в конечном счете лучше для детей, которым помощь жизненно необходима.


Автор: Евгений Ющук

http://www.intermonitor.ru/voprosy-na-kotorye-ne-otvetil-blagotvoritelnyj-fond-nastenka-i-ego-rukovoditel-dzhamilya-alieva/


Вернуться к оглавлению








Удаление информации из Интернета. Стирание негатива из Интернета


 



ПРИМЕРЫ РАССЛЕДОВАНИЙ ПО ОТКРЫТЫМ ИСТОЧНИКАМ, КОТОРЫЕ ВЫПОЛНИЛ ЕВГЕНИЙ ЮЩУК

Кейс Евгения Ющука по открытым источникам

————————————————

Деанонимизация Интернет-бота. Расследование Евгения Ющука по открытым источникам

————————————————

Евгений Ющук. Журналистское расследование по сфабрикованному в отношении предпринимателя уголовному делу

————————————————


Хёрст Шкулёв структура собственности



————————————————

telebashnya-ekaterinburg-deanonimizatsya

————————————————

Депутат Поклонская. Расследование Евгения Ющука.

————————————————

rassledovanie-yushchuk-kolya-iz-urengoya

————————————————

grudinin-pavel-nikolaevich

————————————————

yushchuk-zhurnalistskoe-rassledovanie


————————————————

Илья Белоус Екатеринбург


————————————————

Евгений Ющук.Антирейдерские мероприятия

————————————————

Захар Петрович Ивачев и Андрей Владимирович Гориславцев

————————————————


Квашнина анна Евгеньевна. Экология рек Урала


————————————————


Екатерина (Эрика) Ферфис. Кейс "Принуждение к правде"


————————————————


Антирейдерские мероприятия. Евгений Ющук

————————————————

Ольга Вячеславовна Глацких - кто и почему атаковал Глацких


————————————————

Уралгидромедь и экология в Полевском


————————————————


Status House (Алушта). Отзывы жильцов. Расследование



————————————————

Онкологический центр им. Блохина


————————————————

Онкологический центр им. Блохина

————————————————

Расследование Евгения Ющука по открытым источникам

* «Правый сектор» — организация, запрещенная в России по решению Верховного суда

ХОТИТЕ УЗНАТЬ, ЭФФЕКТИВНЫ ЛИ МЕТОДЫ РАБОТЫ ЕВГЕНИЯ ЮЩУКА?

ПОСМОТРИТЕ МНЕНИЕ ГЕНПРОКУРАТУРЫ РФ:

Отзывы противников о методах работы Евгения Ющука

(подробнее — здесь)

ИЛИ

ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ НА ЭТОТ ФАКТ:

kurs-professora-e-l-yushhuka-v-fsb-rossii


ИЛИ

ОЗНАКОМЬТЕСЬ С ЭТИМ КЕЙСОМ:

Ющук Евгениц Леонидович. Кризисный PR


ИЛИ

ПОСЛУШАЙТЕ ОТЗЫВЫ НАШИХ ПРОТИВНИКОВ:

Отзывы противников о методах работы Евгения Ющука

(подробнее — здесь)


Открытый мастер-класс Ющука Евгения Леонидовича. Ющук Евгений Леонидович "Конкурентная разведка против PR в живом эфире". В порядке ответа на
"Черный список", автор которого Кузнецов Сергей Валентинович

Блог поддержки открытого мастер-класса Ющука Евгения Леонидовича. Ющук Евгений Леонидович "Конкурентная разведка против PR в живом эфире". В порядке ответа на
"Черный список", автор которого Кузнецов Сергей Валентинович

Пример разработки объекта методами конкурентной разведки: Кузнецов Сергей Валентинович

Результат работы конкурентной разведки по объекту - на примере Кузнецова С.В.: Кузнецов Сергей Валентинович

Кейс: Как Артюх Евгений Петрович партии менял

Инцидент "профессор Евгений Ющук победил в суде депутата Леонида Волкова" - о сочетании информационных и судебных методов воздействия.

Еще ряд подробностей по депутату Леониду Волкову из инцидента "Ющук против Волкова"